Жена проклятого князя

Она – некромантка? Откуда ты знаешь?

– Я сам учил ее. Я и старый Грасси… ты же видел его.

– Проклятье. Что за Грасси?

– Призрак. Некромант. Я не могу дозваться его вот уже три дня. Неважно, Джеймс, нам нужно спешить! Сейчас же! – Андре сам не заметил, как схватил друга за руку и потянул к двери.

– Э… ваша милость! Но как же? – растерянный тюремщик так и стоял с кувшином и полотенцем в руках. – Капитан, мне же придется доложить! Капитан, как же?!

– Вот и доложишь! – опомнился Андре. – Самому принцу Морису, все как есть! Доберешься до него вовремя – получишь дворянство! Бегом!

– Да, ваша милость! Сей момент! – Тюремщик сначала вытянулся во фрунт, а потом сорвался с места, бросив кувшин и полотенца на пол, и побежал прочь, оставив дверь распахнутой.

– Сумасшедший, – бросил Джеймс, натягивая сорочку и поверх нее мундир. – Он же командор Ордена! Ты – идиот!

Андре его уже не слушал, он вытащил из-под матраса длинный кинжал, сунул за пояс и помчался прочь из камеры, на голос тюремщика.

…и настоящих врагах

Брийо, особняк командора Д'АмарьякаМатильдаОна проснулась оттого, что ее трясли за плечи.

– Проснись, да проснись же, Тиль! Надо уходить! – шепотом требовал… Андре?

Тиль распахнула глаза: полный мрак и два мертвенно-зеленых светящихся глаза. Она чуть не завизжала от испуга, но крепкая, пахнущая железом и конским потом ладонь зажала ей рот.

– Тише, прошу тебя.

Тиль попыталась подняться и придушенно вскрикнула: затекшие руки и ноги пронзил миллион раскаленных игл. Перед глазами поплыли радужные пятна, и сквозь боль Тиль ощутила ремни, связавшие ее по рукам и ногам.

– Что с тобой?

Андре откинул с нее одеяло, вполголоса выругался, вжикнул чем-то металлическим, и Тиль почувствовала холодное прикосновение к обнаженным запястьям. Зрение постепенно возвращалось, как и память. Она уже видела более светлый силуэт Андре и прямоугольник узкого оконца под потолком, чувствовала сырой запах подвала.

– Андре, это ловушка!"

"– Кто бы сомневался, – буркнул Андре, разрезая ремни теперь уже на ее щиколотках. – Вставай.

Тиль честно попыталась, но у нее ничего не вышло: ошейник не пустил, только заскрежетала цепь, которой он был закреплен.