Гнев ангелов

Наама и Лилит добровольно рассказали мне много интересного.

– Наама? Тупая корова, которая обжималась с Кассиэлем и чуть меня не убила?

– Именно она. Она живет при дворе Люцифера и на самом деле очень мила, – уши Алессио краснеют.

– Ты ведь не позволяешь ей вить из тебя веревки? Тебе не обязательно повторять мои ошибки.

– Я этого и не делаю. Так ты хочешь узнать, что я выяснил об испытаниях, или нет?

– Разумеется, – если я вдруг увижу эту Нааму, скажу ей, чтобы держалась подальше от Алессио.

– На каждом этапе им нужно найти семь девушек.

– Семьяса рассказал об этом, когда запирал меня в темнице. Семь – это число с мистическим значением. Господь создал семь небесных дворов, семь морей, семь пустынь. В неделе семь дней, а вокруг трона Господнего горят семь факелов, – объясняю я. – Они их нашли?

Алессио хватает следующий кусок дыни и медленно жует, прежде чем ответить мне.

– Думаю, да. Фелиция вызвалась добровольцем, и ангелы приняли ее кандидатуру.

Я недоверчиво качаю головой:

– Почему? Я же уже предупреждала ее о том, что это слишком опасно.

– Она настояла, потому что не хотела оставлять тебя одну. Я не смог отговорить ее.

– Ты думаешь, она знает о плане Пьетро? – Что еще этот врач провернул у меня за спиной? – Если Фели умрет, я этого себе никогда не прощу.

– Не все девушки умирают во время испытаний, – говорит Алессио. – А те, кто выживает, но не является ключами, возвращаются к своим семьям.

– Серьезно? – этого я не знала. Значит, я могу просто проиграть и наконец вернуться в спокойную обстановку? По крайней мере, до того, как мир будет уничтожен.

– Ее отец – председатель совета. У Фели есть все, о чем мы только можем мечтать. Почему тогда она подвергает себя опасности?

Алессио улыбается:

– Это тебе должно быть известно лучше, чем мне. Она хочет помочь тебе.

– Видимо, у меня больше не осталось права голоса в данной ситуации. Судя по всему, меня на испытание понесут на руках.

Алессио ухмыляется:

– Все не так плохо. Семьяса будет тренироваться с тобой, чтобы ты поскорее вернулась в форму.

Я тяжело сглатываю. Кажется, мышцы моих ног атрофировались. Каждый раз, когда я поднимаюсь с кровати, у меня кружится голова.

– Но если победить может только одна кровная наследница, а среди других шести девушек окажется потомок нефилимов, то выиграет она, – обращаю я его внимание на очевидную дыру в плане.