Главный герой блокбастера

Может быть, именно поэтому я так отчаянно не хочу становиться во главе семейного бизнеса. Отец меня как-то взял на переговоры — Оскар по каждому из деловых партнеров плачет.

— Тем удивительнее, что ты выбрал именно профессию актера… — заметил Дерек. — А еще удивительнее, что ты действительно неплохо играешь, — Алеф приподнял бровь. — Ладно, хорошо играешь, — с улыбкой поправился Дерек. — Все, что не касается любви.

— У всех есть свои слабые места, — Алеф пожал плечами и накинул халат. — Или нет?.. — он вопросительно глянул на Дерека.

— Мне с большим трудом удаются сцены смерти, — признался Дерек. — Пару раз попробовал — и потом старался отказываться от всего, что сложнее тупого ""упал и умер"". А сам понимаешь, такого у главных героев не бывает. Так что Центуриона не убьют, — он хмыкнул. — Мион обещал.

— Это я даже без Миона бы тебе сказал, — Алеф уселся на край кровати. — У Джоша судьба не настолько радужна, не понравится народу, что ему Центурион в единоличное пользование достался, и Мион хлопнет бедолагу в самом начале второго фильма, — он пожал плечами.

— Очень я сомневаюсь, что Мион собственной рукой свернет шею курице-несушке. Той самой, что с золотыми яйцами, — Дерек с разбегу запрыгнул на кровать и вытянулся на ней, закинув руки за голову. — В конце третьего фильма — может, и грохнут. Но до этого мы — его пиар. И он уже это понял, не волнуйся.

— О да, и в контрактах на следующий фильм у нас с тобой будут пункты о соблюдении легенды, да? — Алеф повернулся и вытянулся на животе рядом с Дереком.

— Я бы на это не надеялся, — с улыбкой покачал головой Дерек. Он повернул голову и с наслаждением почесал нос о его плечо. — Легенда легендой, но легального прикрытия нам никто не даст. Так что, если боишься за свою репутацию, в следующий раз стоит остаться в правильной гостинице.

— Ну да, и к тебе я тоже ездить больше не буду, — фыркнул Алеф.

— Ну, после той сцены, конечно, нет… — Дерек выдержал театральную паузу и нарочито бесстрастно обронил: — Кстати, я ее видел.

— Надеюсь, ты не слишком громко ржал надо мной, — Алеф перекатился на спину, закрывая лицо руками.