Главная партия для третьей скрипки

Вы меня разве не знаете?

— Откуда мне вас знать?

— Я читаю лекции. Издаю книги, записываю диски. Провожу ретриты и семинары. В социальных сетях почти миллион подписчиков.

— Вы йог, что ли, какой-то? — с презрением спросила Арина.

Девица, принимавшая обувь, уничижительно взглянула на гостью. Но ничего не сказала. Юркнула за одну из дверей.

Лев Балаев внушительно проговорил:

— Я не занимаюсь стандартной йогой. Я переворачиваю всю жизнь человека. Исцеляю от любого страдания. Хотите, чтобы та, кто умерла, продолжала вас радовать?

Арина печально махнула рукой:

— Бросьте.

— Ошибаетесь.

Лев снова щелкнул пальцами. Помощница, (наверно, специально стоит ухом к двери и прислушивается к зову) явилась мгновенно. Гуру одарил ее улыбкой — куда, правда, менее щедрой, чем досталась Арине. И велел:

— Расскажи про себя.

Девица вытянулась перед ними почти по стойке «смирно». Только глаза — не по уставу — смотрели в пол.

Пробормотала:

— Потеряла в один день всех близких. Родителей. Мужа. Дочь.

В глазах девушки блеснула слеза, но мгновенно высохла под взглядом гуру. Тот строго молвил:

— Зина. Ты ведь сейчас счастлива?

Она взглянула на него глазами преданной собаки:

— Да. Да! Мне очень, очень, очень у вас хорошо!

— А это просто квартира? — осторожно спросила Арина.

— Я не практикую в квартирах, — с достоинством произнес Балаев.

А Зина поспешно объяснила:

— У нас здесь официально зарегистрирован антикризисный центр.

Мама бы обязательно насторожилась. Взяла бы светлоликого дядечку и его покорную помощницу за жабры: а кто учредитель вашего центра? Кем он финансируется? По каким методикам работает?

Арина, может, тоже бы решилась задать вопрос — но Лев не дал. Строго произнес:

— У меня очень жесткое расписание. Но я всегда готов перекроить его ради того, кому тяжело. Пойдем. Проведу с тобой персональную медитацию.

— Не поможет мне это, — вздохнула Арина.

Балаев снисходительно улыбнулся. Зато Зина набросилась на нее, как коршун:

— Вы что?! Да Лев Людовикович персонально ни с кем уже давно не работает! Вам исключительная возможность дается!

— Ладно, Зина, достаточно. — Отмахнулся от девушки широкоштанный. — Не будем заниматься саморекламой. И держать нашу в гостью в коридоре тоже невежливо. Не упирайся, милая. Ты не пожалеешь."

"И Арина покорно пошла.