Гимн шута – 5

— Нет-нет, ты что, дядя… — пролепетал клановец таким тоном, что во всем мире пойди сыщи простофилю, что поверит в столь фальшивую игру.

Однако собеседник, кажется, остался вполне доволен услышанным. Именно таким он и желал найти Павла — сломленным и жалким. Да и, не будем забывать о том, каждый видит то, во что верит.

— Ну что ты, Паша, — выдохнул собеседник, сделав приглашающий жест в сторону машины. — Мы же не чужие люди! Не стыдно принять помошь от родича… Пойдем, поедим?

Клановец кивнул. С видом заискивающим и даже жалким.

— А что, сестра?.. — аккуратно поинтересовался дядька, едва они устроились на просторных креслах из шикарной кожи внедорожника.

— Она… она… — начал было Волконский, но, не совладав с чувствами, все же воспользовался вариантом «пустить слезу», но, как «настоящий мужчина», незаметно стер ее рукавом.

— Понимаю, — успокаивающе поднял ладонь сын главного юриста клана. — Ты ей верил, а она использовала тебя, да?

Испуганный взгляд стал ответом на прямой вопрос.

«Нежнее нужно, нежнее!» — хмыкнул про себя Павел. Мол, куда так давишь? Аккуратнее работать надо. Тоньше. Впрочем, через секунду парень затолкал подобные размышления куда подальше. Чтобы и тени их не отразилось на лице.

— Она… Она сказала, что… — парень рукой махнул, замолчав.

Картина получилась вполне замечательная. Образ несчастного юноши, которго родичи использовали покругу, «ткался» прямо на глазах."

"— Я понимаю, — низким обволакивающим голосом заявил собеседник. — Не будем сейчас об этом. Впереди нас ждет вкусный обед и отдых.

Молодой человек закивал с такой готовностью, что казалось, будто голова готова сорваться с шеи в любой миг. Ведь наконец-то нашелся тот, кто вспомнил о нем! И, быть может, станет той самой рукой помощи, что поможет клановцу, бедному и несчастному, вернуться обратно на этажи.

До самого ресторана путь прошел в тишине. Дядька думал о чем-то своем, а молодой человек пялился в окно, «размышляя о своей нелегкой судьбе».

Самое сложное началось в тот миг, едва они оказались за уже сервированным к их прибытию столом.

Павел буквально набросился на еду, «позабыв» о приличиях. Разве что пальцами в тарелку не лез.

— Кушай, кушай, — посмеивался добродушно дядька.