Гимн шута – 5

Вот только обычно, те кто больше всех кричит, забывают, что примерно в тоже время, по личному приказу, королева Франции, на секундочку, в одну ночь, по разным оценкам, были вырезаны до тридцати тысяч гугенотов! В историю она вошла под названием Варфоломеевской. И это если не считать жертв последующей годичной гражданской войны, ставшей следствием учиненной католиками резни.

Павел же своего мнения… не имел. Для него это было просто историческим фактом. ну кто сегодня скажет, что именно тогда стояло на кону? И какой выбор был перед Иваном Грозным?

Сегодня же опричнина представляла собой скорее формой допуска к делам класса «Корона».

"— Обрати внимание, Павел Анатольевич, — предложил ему царевич во время их последней встречи перед сопровождением, увеличив на планшете один из регионов империи. — Этот регион входит в зону интересов компаний, обладателем блокирующих пакетов которых ты стал.

Молодой человек, присмотревшись, кивнул. Так и есть. Сочетание рек, воздушных коридоров и железнодорожного полотна тесно переплетались на довольно ограниченной территории.

— Через эту же зону проходит перевалка почти двадцати процентов контрабанды с запада на восток, и почти одиннадцать в обратном направлении.

Волконский кивнул. Вполне логично.

— Я хочу, чтобы не позже чем через пять лет этот показатель был вдвое ниже, — коротко заключил главный канцелярист. — Обозначить свой контроль над регионом ты должен будешь не позже чем через два года.

— Почему я? — только и нашелся молодой человек.

— По ряду причин, император не готов желает вести открытую войну против контрабандистов, но готов поддержать одного инициативного и предприимчивого юношу, решившего защитить свои инвестиции. Это ясно?

— В каких рамках? — чуть заторможенно поинтересовался Павел.

Отказываться? А с какой бы это стати? Да и с формулировками Павел испытывал… некие затруднения.

— Как опричник, ты сможешь набрать свое войско, — коротко ответил Константин Дмитриевич. — Контракт на десять лет.

Волконский задумался.

Клановец покачал головой.

— Это ведь не вся причина? — поинтересовался он.

— И даже не основная, — растянул губы в холодной усмешке собеседник.