Волынская мадонна

– Настя!

– Я здесь, Стас!

Он испытывал какой-то дикий страх за эту женщину, с которой у него ничего не было и не будет. Она ему как родная сестра.

Настя кричала за стеной. Там проход на хозяйственную половину дома, кухня, подпол, внутренняя загородка для мелкой домашней живности, выход в огород.

Майор бросился в узкий проход, и тут со стороны огорода прогремел сильный взрыв. Он машинально повалился на пол. Тесное пространство заволокло дымом. Взрывом вышибло дверь. Стас слышал, как ломаются доски.

Внутри у него все онемело от ужаса.

Горланили бандиты, хлопали рваные выстрелы. А позади вдруг все стихло, даже Гальперин перестал стрелять. Потом раздался слабый женский стон.

Противник сообразил, что дал осечку, и решил довольствоваться малым, взять «языка». Когда майор пробился через дым и вздыбленные половицы, все уже кончилось. Двое бандитов волокли под локти безжизненное тело. Вторая пара прикрывала отход.

Пули разнесли косяк над головой Стаса. Он отпрянул за проем, вскинул автомат, но не решился нажать на спусковой крючок.

Все было видно как днем. Боевики разбили ногами шаткую ограду и потащили Настю на соседний участок, куда-то влево. Там до улицы два шага.

Шелест снова не контролировал злость. Два офицера контрразведки Смерш преследовали уходящих бандеровцев, стреляли в тех, кто прикрывал их. Огород словно специально зарос бурьяном. Двое бандитов отстали, били почти в упор. Оперативникам приходилось увертываться от пуль.

Гальперин заячьими прыжками припустил в обход, открыл пальбу с фланга.

Шелест подлетел к раненому. Тот выгибал спину, сдавленно выражался на ридной мове. Майор отобрал у боевика горячий «МП-40», сгреб пару магазинов, рядом оставил свой «ППШ».

– Покарауль, дружок, – пробормотал он сквозь зубы, всадил пулю боевику в череп и кинулся догонять Гальперина, который явно увлекся преследованием.

Тот уже лежал в пыли на дороге, бил одиночными. Шелест повалился рядом. Они открыли огонь в два ствола.

Кучка людей просачивалась в переулок на другой стороне дороги. Они держались плотно, использовали Настю как щит. Один остался за углом. Его и накрыл шквал огня. Мертвое тело вывалилось из-за ограды, зарылось в бурьян.

Офицеры, не сговариваясь, припустили по дороге.