Гарри Поттер и Кубок Огня

Он избегал смотреть на трибуны; смех становился всё громче, а со стороны Слизеринцев раздавались смешки и колкости…

Затем, совершенно неожиданно, Гарри почувствовал, будто к его рту и носу прижали невидимую подушку. Он попробовал вдохнуть, но это вызвало головокружение; его легкие были пусты, и внезапно он почувствовал острую боль по бокам шеи…

Гарри схватился руками за горло и ощутил два больших разреза чуть ниже ушей, хлопающих в холодном воздухе… У него появились жабры. Ни секунды не раздумывая, он сделал единственную вещь, которая имела смысл — бросился с головой в воду.

Первый же глоток ледяной воды из озера будто вдохнул в него жизнь. Голова перестала кружиться; он сделал второй большой глоток воды и почувствовал, как она мягко идёт через жабры, отдавая кислород мозгу. Он вытянул вперёд руки и посмотрел на них. Под водой они казались зелёными и призрачными, и на них появились перепонки. Он обернулся и посмотрел на свои голые ноги — они удлинились и между пальцев тоже появились перепонки — выглядело так, как будто у него отросли плавники.

Холода воды больше не чувствовалось… наоборот, он чувствовал приятную прохладу и лёгкость во всём теле… Гарри сделал ещё один гребок, восхищаясь тем, как далеко и быстро несут его под водой ноги-ласты, заметив, как ясно он видит и что ему, похоже, не нужно больше моргать. Вскоре он заплыл так далеко в озеро, что дна больше не было видно. Он перевернулся и нырнул в глубину."

"Тишина давила ему на уши, пока он скользил над странным, тёмным пейзажем.

Он плыл словно в тумане, и новые сцены вдруг внезапно надвигались из окружающей тьмы; заросли колышущихся, спутанных чёрных водорослей, широкие глинистые равнины с разбросанными тускло мерцающими камнями. Он погружался глубже и глубже и плыл к середине озера, широко раскрыв глаза, всматриваясь сквозь призрачную сероватую воду в тени там, внизу, где вода становилась непрозрачной.

Маленькие рыбки, мерцая, проплывали мимо него, как серебряные стрелки.

Один или два раза ему показалось, что он видит что-то большое, плывущее впереди него, но когда он приближался, то обнаруживал, что это всего-навсего затонувшее бревно, или плотные заросли водорослей. Никаких признаков других Чемпионов, русалок, Рона — гигантского спрута тоже, к счастью видно не было.

Светло-зелёные водоросли расстилались под ним, насколько хватало глаз, густые, словно заросли травы.