Гарри Поттер и Дары смерти

— Ничего! — проорал в ответ Рон, довольно похоже подражая сиплому голосу Хвоста. — Все в порядке!

Гарри задыхался.

— Хочешь меня убить? — еле выговорил он, безуспешно пытаясь оторвать от себя металлические пальцы. — Я тебе жизнь спас! Ты у меня в долгу, Хвост!

Хватка серебряной руки неожиданно ослабла. Гарри, изумившись, вырвался. Он все еще зажимал Хвосту рот. Водянистые глазки похожего на крысу человечка испуганно выпучились — он, казалось, не меньше Гарри удивился внезапному милосердию собственной руки и еще энергичнее начал вырываться, словно желая загладить минутную слабость.

— А это давайте-ка сюда, — пробормотал Рон, выдирая из другой руки Хвоста волшебную палочку.

Безоружный, беспомощный Петтигрю таращил глаза с расширенными от ужаса зрачками. Его взгляд был направлен не в лицо Гарри, а куда-то в сторону. Пальцы серебряной руки неумолимо приближались к его собственному горлу.

— Нет…"

"Гарри, не задумываясь, перехватил металлическую руку, но остановить ее не было никакой возможности.

— Нет!

Рон тоже выпустил Хвоста и вместе с Гарри вцепился в серебряные пальцы, однако все было бесполезно. Петтигрю уже посинел.

— Релашио! — сказал Рон, направив волшебную палочку на металлическую руку, но безрезультатно.

Петтигрю упал на колени, и в ту же секунду наверху дико закричала Гермиона.

Гарри и Рон переглянулись и, оставив мертвое тело Петтигрю валяться на полу, бросились вверх по лестнице. Прокравшись по коридору, они добрались до приоткрытой двери в гостиную. Отсюда было хорошо видно Беллатрису — она смотрела сверху вниз на Крюкохвата, державшего в длиннопалых руках меч Гриффиндора. Гермиона, не шевелясь, лежала у ног Беллатрисы.

— Ну? — спросила Крюкохвата Беллатриса.

Гарри затаил дыхание, стараясь не замечать ноющей боли в шраме.

— Нет, — сказал Крюкохват. — Подделка.

— Ты уверен? — задохнулась Беллатриса. — Совершенно уверен?

— Да, — ответил гоблин.

Беллатриса вздохнула с облегчением и заметно расслабилась.

— Хорошо!

Небрежным взмахом волшебной палочки она хлестнула гоблина по лицу, так что на нем мгновенно вспух новый рубец, и Крюкохват с криком рухнул к ее ногам.