Г.Р.О.М. 3

Придётся угонщику отвечать за свои слова, но за машиной он будет следить, хоть всю ночь, и возьмёт её любой ценой.

Так что леворульная «Хонда» Лесника будет в наших руках сразу, едва я отдам команду. А для чего — ему знать не обязательно, но я всё равно сказал, что Лесник кое-что может для нас сделать, но не хочет, вот мы хотим его наказать, отжав тачку, в которой он везёт важные бумаги.

Вполне себе обычная схема в эти дни. Угоняешь машину, и владельцу придётся сделать что-то, чтобы её вернули вместе с бумагами.

Судя по всему, Кузя и такие заказы выполнял. Даже когда я сказал ему, что ничего в машине трогать нельзя, он кивнул, не удивляясь.

Дальше — сложнее. Предупредить Веселовского не так-то просто, у меня всего два контакта, связанных с ним: Александров и полковник Иванов. Но Александров с этим безопасником на ножах, а вот Иванов много хитрит, но может передать всё, как надо.

Разговор должен быть личный, хотел по телефону предложить встречу, но он не отвечал. Поехал к нему один, домой, так как уже вечер, на улице темнело, он должен быть дома.

Жил чекист, кстати, неподалёку от дома Юльки. К ней я заеду завтра, когда всё закончится, пока некогда."

"Долго звонил в дверь квартиры Иванова, но никто не открыл. Может быть, он до сих пор на работе, а второй сын где-то гуляет с друзьями. Или пиво пьёт в каком-нибудь подъезде. Иванов — отец-одиночка, первый сын погиб, а вот второй может быть предоставлен сам себе.

Я вышел во двор, посмотрел, как пацаны до сих пор пинали мяч, уже по темноте.

У них для этого была сделана компактная коробка для дворового футбола, вот пацаны и возились.

— Ну куда ты! — кроме громких криков ребят слышался уверенный мужской голос. — Бей сильнее! Не жалей!

С удивлением для себя узнал Иванова. Он в простой ветровке стоял, опираясь на низкий заборчик, и раздавал указания, как заправский тренер. Там и второй сын его бегает, пока он ещё живой, а батя вот решил им заняться. Может, так мои слова на него повлияли? Хотя я много об этом не говорил.

Но если с пацаном всё будет нормально, то и с отцом его тоже.

— Ты в футбол никак играешь, Валентин Сергеич? — спросил я, подходя ближе.

— Играл, — Иванов повернулся ко мне и окинул меня взглядом, явно не ожидая здесь видеть, но протянул руку здороваться. — В Ленинградском «Динамо» был опорником. В юношеской команде, конечно, до основы не добрался, — он улыбнулся своим воспоминаниям.

— Ого.