Жена. Дорого (СИ)

 — Что конкретно я сказал?

Кристина, еще не привыкшая к челке, пытается заправить ее за ухо, но пряди выпадают обратно, и становится заметно, что они такие влажные, что слипаются в сосульки. Кристина всегда сильно потеет, когда нервничает.

— Ты сказал: «У тебя теперь есть возможность попытаться ещё раз. Обычно бабы упираются максимум неделю. На что поспорим, что она тебя оценит, когда ты ее трахнешь?»

Данил внимательно следит за моей реакцией.

Да, фраза тоже неприятная и нехило отдает сексизмом, которого, видимо, в Староверове хоть отбавляй, однако смысл кардинально отличается от того, что мне рассказывала Кристина.

— А что ответил Тимур? Ну, Кристина, не молчи.

— «Спорт на свою Брейгель. Ты о моей будущей жене говоришь. Но если у меня всё получится, я проставлюсь вискарем».

Чувствую на себе взгляд Староверова.

Я продолжаю молчать. А чего он от меня ждет?

Да. Эта версия отличается. И, может быть, она даже правдива.

Решив, что это — конец истории, уже хочу выгнать вон и эту тараканиху, и Данила, но он останавливает меня жестом.

— Ну и выкладывай то, что осталось на сладкое.

Глава 50

— Что может быть для нее слаще, чем прибрать к рукам Тимура? — грубо спрашивает Кристина.

Для нее, что, свет клином сошелся на Крамере?

— Например, почему ты не оставляешь Тимура и Линду в покое, хотя тебе ничего не светит и не светило? Это ведь длится довольно давно, — подсказывает Староверов.

И тут Кристину прорывает.

— Почему этой суке все, а мне ничего? — истерично орёт она на Данила, который слушает ее с совершенно равнодушным лицом.

Ясно, что ее слова предназначены не ему, а мне.

А я что-то не пойму, что мне такого завидного в жизни перепало?

Чего он хотела для себя: расти без отца, раннюю и мучительную смерть матери, скурвившуюся подругу, парней, которые один за другим изменяют или предают меня? Да пожалуйста! Забирай!

— Красивые тряпки, красный диплом, зарубежная стажировка.

Раевские? Ха! Тоже мне, источник счастья! Чего стоит одна Елена Раевская! Деньги потекли? Я и до появления братьев в моей жизни не бедствовала, хоть и не шиковала.