Фиктивный брак

Позволив мужчинам решать вопросы с ночлегом и ужином, я огляделась по сторонам.

Добротное заведение мне приглянулось. Здесь было тихо и, я бы сказала, уютно. Но больше всего мне сейчас хотелось не любоваться на деревенский дом, а принять ванну с дороги, поесть и хорошенько отдохнуть перед очередным отрезком пути.

Обернувшись, взглянула на Неда. Даже сидя в кресле он казался внушительной фигурой и производил впечатление. Говорил спокойно. Пожелания отдавал четким голосом, словно перед ротой своих солдат.

Отчего-то казалось, что именно таким он был в глазах своих людей.

— Также, нам будут нужны горячая вода и сытный ужин, — продолжал Нед.

— Изволите трапезничать в комнатах или спуститесь в зал? — уточнил Джон.

— В зал. Накройте два стола, — кивнул генерал.

— Эндрю! — тут же позвал хозяин заведения и к нему подбежал быстроногий мальчишка, выскочивший из-за двери, что находилась за спиной Джона.

— Да, сэр!

— Вот ключи. Проводи наших гостей и покажи им их комнаты, — сняв с пояса связку, хозяин принялся искать нужные ключи, после чего, сняв их, протянул мальчишке.

— Будет выполнено, — ответил тот и вышел к нам с поклоном.

— Я немедленно распоряжусь по поводу горячей воды, — поклонился Джон, а Эндрю уже раскланивался перед господами, приглашая следовать за собой.

Этот день закончился безумно быстро.

Чистая просторная комната, широкая лохань с горячей водой и плотный ужин. Еда оказалась простой, как из детства. Нет, даже лучше, чем из детства, так как в моем прошлом чего только не было.

Сразу же после ужина мы с Терезой оставили мужчин и поднялись к себе. Не думала, что усну так быстро, но едва раздевшись с помощью тетушки, прилегла на свою сторону постели и все… дальше была благословенная темнота без сновидений и последовавшее за ней пробуждение ранним утром, вместе с птицами, чирикавшими свои ненавязчивые песни за окном.

Еще почти одни сутки в дороге и моя спина взмолилась о пощаде. Но боль ушла, едва на закате, в лучах алого, предвещавшего ветер, солнца, появился фамильный замок семейства Бэрилл, в котором мне предстояло провести целый год своей жизни.