Фэнтези 2005

Дул прохладный ветер с моря. Целый год Дмитрий шел на север, в край суровых скал и дремучих лесов. По пути изведать пришлось всякое: и людей лечил, и новые знания получал, и голодал, а дважды так и вовсе от разбойников отбивался. И все это время думал: угораздило же этого Мирослава забраться в такую непролазную глушь! Но, слава Богу, любая дорога имеет конец. И сейчас, кутаясь от пронизывающего ветра, Дмитрий с вершины холма видел стоящую на берегу небольшой лесной речушки избу. Солнце в это время года в этих местах, несмотря на вечер, стояло в небе высоко, и ведущая к дому сквозь лес узкая тропинка была видна достаточно хорошо.

Спустившись с холма, Дмитрий подошел к избе. Не успел он постучать в дверь, как та открылась. На пороге стоял высокий худощавый старик, одетый в полотняные порты и рубашку с накинутой поверх нее стеганой безрукавкой. У старика были темно-русые волосы и рыжая борода, в которых Дмитрий не заметил ни одного седого волоса. На ногах у него были сапоги из мягкой кожи.

Неожиданно хозяин избы сделал шаг вперед и произнес:

— Здрав будь, путник! С чем пожаловал к старому Мирославу?

— И тебе здравия! Меня послала ведунья Пелагея. Просила передать вот это, — с этими словами Дмитрий полез за пазуху и, достав небольшой нашейный мешочек, извлек из него данный Пелагеей оберег — небольшой, но тяжелый диск, сделанный из странного материала, похожего одновременно и на металл, и на камень.

— Знатная вещь! — произнес Мирослав, взяв оберег в руки. — Еще пращурами нашими сделанная. И Пелагею я помню — ох и стрекоза была девка, когда у брата моего старшего Родомира училась науке знахарской. Так зачем же она тебя ко мне послала?

— Я у нее в обучении был. Год назад бабка Пелагея сказала, что ей меня учить больше нечему, а Дар мой до конца не раскрылся. И отправила меня к тебе.

— Знахарем быть хочешь, значит? Ну-ну… Пойдем в дом, нечего на пороге стоять."

"Внутреннее убранство жилища Мирослава сильно отличалось от избы Пелагеи. Не висели по стенам и около печи пучки разнообразных трав и кореньев, не стояли в углах баночки и горшочки с готовыми отварами, порошками и мазями. Зато на полке вдоль стены стояли и лежали фолианты, от которых так и веяло древностью.

— Что, интересно? А сам-то ты грамоте обучен?

— Да, Пелагея научила.