Фэнтези 2005

Инквизитор слушал очень внимательно, и Эльмо не покидало ощущение, что Иеронимус видит во всех этих историях нечто, ускользающее от чародея.

…Роза, которая была слаба умом и с рождения не произнесла отчетливо ни одного слова, вдруг сказала скрипачу: «Сыграй мне!»

…Эмма, служанка, уронила кувшин и с плачем выбежала из трактира — больше ее никто не видел.

…Айлин упросила музыканта сыграть для нее — это был единственный раз, когда он согласился.

Айлин уже не спасти…

Чародей вдруг остро осознал, что ему тоже осталось жить совсем недолго.

— Если эти поиски затянутся, я сойду с ума, — Эльмо не заметил, что думает вслух. — Хоть бы этот убийца быстрее нашелся…

— А я его уже нашел, — инквизитор усмехнулся, и Эльмо вздрогнул. — Разве ты еще не понял ничего?

— Не понял и не хочу понимать, — чародей опустил голову. — Я устал. Если уж суждено всему закончиться, пусть это произойдет побыстрее.

Иеронимус вздохнул:

— Я знал, что твоя храбрость скоро перейдет в истерику, Птаха. Крепись…

— И кто же убийца? — безразлично спросил Эльмо.

— Отчего же? — в тени капюшона было трудно разглядеть выражение лица инквизитора. — Скажи, отчего?

— Разве мнение презренного колдуна что-то значит для служителя Церкви? — чародей криво улыбнулся. — Если бы ты не лишил меня Силы, я бы тотчас распознал сородича среди этих людей.

Иеронимус покачал головой. Эльмо вдруг встревожился: что-то странное было в их разговоре, что-то неправильное."

"— Ты забываешь, Птаха: колдовать может и человек, не обладающий Силой, а всего лишь знающий заклятия.

— Я понял ход твоих мыслей. — Тревога Эльмо нарастала. — Скрипач — единственный чужак. Церкви, судя по всему, не боится. Играет так, что слушатели погружаются в транс.

— И что из этого следует? — спросил Иеронимус.

— Ничего! — ответил чародей с внезапной злобой. — Он не колдун! Не колдун, потому что… Не может человек, создающий такую прекрасную музыку, быть убийцей!

Если до этого их разговор казался чародею странным, то теперь произошла и вовсе немыслимая вещь: инквизитор расхохотался, да так, что Лисс от неожиданности выронил кувшин.