Фэнтези 2006

Сразу направились к их столу, хотя свободных мест вокруг хватало. Расселись по-хозяйски, махнули тавернеру Ляху Варенику:

— Эй! Бутыль «Чикимальпы»!

Черный малабарский бальзам «Чикимальпа» — пойло редкое, дорогое. По башке бьет веселей кувалды. Похоже ввинчивает, если накуриться трухи от горных сыроежек, растущих в окрестностях Рагнарского ущелья. И похмелья от «Чикимальпы» не бывает. Либо встанешь наутро бодрый и полный сил, либо вообще не встанешь.

Останешься лежать забальзамированный.

От закуски судари-странники отказались.

Дубарь рогом попереть хотел, набычился и передумал.

Послал к Нижней Маме для форсу.

— За хороших людей, — поднял кубок сребробородый.

Выпил и глядит со значением.

Кто за тебя здравицу поднял, того и бык не бодает. Дубарь кивнул, Перченый Лис себе налил; балагур Санчес за словом в кошель не полез, ответ задвинул. Слово за слово, придвинулись странники ближе. А как бутыль приговорили, так старшой и говорит: знаем, кто вы такие, но нас это нисколько не смущает. Даже наоборот. Хотите, чтоб руки ваши в два раза ловчее да проворнее сделались? Чтоб силы прибавилось?

Прочухан хмурый стал, насупился.

— Волшба? — спрашивает.

— Она, родимая, — хохочет сребробородый.

— А взамен что стребуете?

— А ничего. Еще и сами приплатим.

— Лезла мышь за сыром, — гнет свое Санчес, — да накрылась хвостом. Какой у вас с того интерес?

— Способ новый хотим в деле опробовать, — объясняет старшой. — За то и деньги платим. Если увидим, что все путем срослось — со следующих плату брать будем, и немалую. Как интерес, подходит?

— Мимо проходит, — встал из-за стола Санчес.

И ушел. Даже пиво не допил.

Остались трое на трое. Долго сребробородый кузарей убалтывал, еще пару бутылей выставил, с закуской… Перченый Лис вышел до ветру и не вернулся — решил, хитрован, в нору уйти, от искуса подальше. Перченый, он за милю чует, когда линять пора.