Фэнтези 2006

Боится Лукача из Алати отпускать.

— И правильно делает. — Миклош вечно так, подкрадется, как кот, и прыгнет. — Что мы в Агарии позабыли? Бабочек, так они и тут летают.

Любимый все помнит. Все! Старую акацию, ее признание, алую бабочку, нагадавшую им любовь… Аполка счастливо улыбнулась.

— Я Барболе шаль вышила. Тебе нравится?

— Как же иначе? — Миклош поцеловал жене руку, — эти пальчики творят чудеса, но к такой шали нужны серьги. У тебя — серебряные лани, а гице нужны золотые лисицы! Аполка, подарим Барболе рубины?

— Не надо, — замотала головой подруга, — не люблю я золото.

— Эх, ты, пасечница! Тебе волю дай, ты в рябиновых бусах ходить станешь, — Миклош чмокнул жену в щеку. — Пойду, отпишу отцу, что мы остаемся, и про серьги не забуду.

— Ты любишь рябину? — Аполка расправила шаль на плечах подруги, любуясь своей работой. — Жаль, я не знала, а то бы вышила.

— Рябина людям в помощь выросла, — тихо сказала Барболка. — Говорят, увидел в стародавние времена грозовой господарь девицу красоты неописуемой, сошел к ней с коня.

— Огнепляски? — Аполка широко раскрыла глаза. — Кто это?

— Было четыре господаря, — Барболка казалась удивленной, — над грозой, над камнем, над ветрами да над водами.

— Я похожее про акацию слышала. И про розу кошачью, — призналась Аполка. — Но не грозовой господарь их вырастил, а весенние охотники. У нас в колодце статуи их спрятаны, только ты не говори никому. Знаешь, их ведь не всегда демонами считали.

— Да какие ж они демоны, охотники-то боговы? — всплеснула руками Барбола. — Смерть они гонят, а как остановятся, всему конец придет, реки высохнут, леса высохнут, детишки родиться перестанут, ветер и тот умрет. Нет, нельзя им погоню бросать…

— Мне они снились, — зеленые глаза Аполки затуманились, — я тогда маленькой была. Они такие красивые, демоны не могут быть такими."

"— Я тоже их видела, — кивнула Барбола и замолчала, вспоминая о чем-то своем.