Фаворитка Короля

Какими вилками какие блюда есть. какие танцы и как танцевать — все это было незнакомо и непривычно. Ну какие там вилки, если в тетином доме ее кормили более чем скромно и для этих блюд хватало ложки и одной вилки?

Падая с ног от усталости она, наконец, добралась до своей комнаты, приняла душ, переоделась в ночную сорочку и рухнула спать крепким сном без сновидений. Привыкшая рано вставать и рано ложиться, Элиза отключилась мгновенно и, когда вдруг в дверь постучали, видела уже десятый сон.

— Леди Таблпорт, Его Величество просит вас к себе.

Девушка подскочила, заметалась по комнате — во что переодеться и как это сделать быстро? Но женщина, которая вчера приглашала ее к королю, уже вошла в комнату и заявила, что переодеваться опять-таки некогда. Так что Элиза только накинула поверх ночнушки закрытый плащ и впрыгнула в домашние туфли.

На этот раз ее привели не в кабинет, а в какую-то гостиную с диваном и креслами возле низкого столика. Король сидел в одном из кресел и пил из бокала красное вино.

— Я… простите я уже спала и не успела одеться, — начала оправдываться девушка.

— Вот как? — заинтересованно сказал король. — Снимите плащ!

— Но…

— Элиза, — вздохнул Его Величество, — мы, кажется, вчера договаривались, что вы будете слушаться меня беспрекословно.

Покраснев, девушка стянула плащ и повесила его на спинку неподалеку стоящего стула. Она осталась в одной ночной сорочке, которая открывала еще меньше, чем ее скромные вечерние платья.

Король внимательно оглядел девушку в ночной сорочке, которая больше напоминала рясу попа и захохотал. Нет, он не просто хохотал, он откровенно ржал! Элиза стояла, опустив голову красная, как рак, не смея вымолвить ни слова. Когда монарх слегка успокоился, от сказал:

— Пожалуй, нормальную одежду для сна вам тоже стоит заказать у модисток.

Последнюю фразу девушка не поняла совсем. Но переспрашивать не рискнула.

Король подошел к девушке, протянул руку к ее волосам, собранным в хвост, и стянул ленту, которой они были завязаны. Светлые волнистые локоны до пояса упали ей на плечи.

— Какое все-таки безобразие — прятать такую красоту! — сказал он.

Он пропускал ее волосы сквозь пальцы, любуясь ими.