Фарамунд

Солнце сожгло остатки тумана первыми же лучами. Воздух стал настолько чистый и прозрачный, что оторопь брала от непривычки: уже отвыкли видеть до самого горизонта, да еще так отчетливо!

Фарамунд несся впереди отряда. Ветер трепал его длинные черные волосы, слишком длинные для франков. Сам он слегка наклонился вперед в жадном нетерпении, глаза прощупывали горизонт...

Кони обогнули лес, крепость Свена выдвинулась как на ладони. Теперь Фарамунд сразу оценил, что кустарник не вырублен, можно подкрасться под его прикрытием прямо к стенам.

Ров не заполнен водой, а вал осыпался, можно одолеть, не слезая с коня. Да и стражи слишком сонные, таких легко захватить врасплох...

Он подумал с удивлением, что раньше это просто не приходило в голову. А сейчас замечает все уязвимые места, и словно бы привычно намечает места для быстрого захвата этой слабенькой крепости.

— Кто такие? — закричали из башенки на крыше. Затем, приглядевшись к всаднику в дорогих доспехах: — А, это ты, Фарамунд?.. Погоди, сейчас доложу хозяину.

Фарамунд крикнул ему вдогонку:

— Помни, своему хозяину!

Громыхало спросил насмешливо

— Боишься, что пошлет навоз возить?

— Не хочу неприятностей даже для него, — огрызнулся Фарамунд.

 — Иначе должен буду вбить ему эти слова в глотку вместе с выбитыми зубами... и тогда все нарушится.

— Все ли?

Глаза старого воина смеялись. Фарамунд невольно раздвинул губы в усмешке:

— Не все, но все-таки...

— Ты, в самом деле, надеешься уговорить ее переехать к тебе?

Слышно было, как перекликаются в доме и даже во внутреннем дворике.

Звенело железо. Потом из башни крикнули:

— Проезжайте! Вас двенадцать? Остановитесь посреди двора. Помните, что сорок лучников будут наготове.

Ворота отворились, Фарамунд молча пустил коня вперед. Всадники за ним ехали гордые, все в доспехах, хоть и разных, но все же не оборванцы, а кони под дорогими попонами, уздечки не тряпочные, а красивые, кожаные, с медными бляшками. Лучники лучниками, но все равно от маленького отряда веяло силой, уверенностью.

Во внутренний двор перед домом Свена высыпала челядь.

Видимо, слух о прибытии именно Фарамунда разлетелся, как черепки от разбитого горшка. За перилами галереи второго этажа показались молоденькие девушки. Глаза их горели от любопытства, Фарамунд чувствовал их обжигающие взгляды, испуганные и завлекающие одновременно.

Он остановил коня перед домом. На крыльцо вышел Свен. Еще более погрузневший, волосы всклокочены, снова в них солома, словно с первой встречи ни разу не встряхнулся.