Это снова ты

Это такая же его часть, как и та безразличная тень, с которой я веду беседу. Что-то же он все-таки чувствует? Злился вчера очень даже натурально, сожалел о случившемся тоже. Зачем ему отыгрывать подобное? Вряд ли это спланировано. Он прокололся, и если я смогла его поймать, то… То что? Какие у меня варианты? Могу ли я повлиять на ситуацию? Сомнительно, почти невозможно. С Сашей едва сработало, но он мой родной брат, тут все иначе. Диме нужен человек, которому он доверяет, в ком видит авторитет. Кто-то мудрый, опытный, красноречивый.

Зимин возвращается с двумя полными стаканами и занимает свое место в кресле напротив. Хватаю оба напитка и отпиваю по глотку: алкоголь чувствуется в каждом.

– Опять мне не веришь? – с легким укором бросает Дима.

– Женька говорит, мужикам верят только дуры.

– А она сечет, – хмыкает он, забирая у меня один из стаканов, и выпивает одним махом почти половину.

– И что ты собираешься делать дальше? – спрашиваю я.

– Ничего.

– Совсем?

– Да.

– Ты же понимаешь, что это…

– …ненормально?

– Именно!

– В какой-то мере, – и снова я получаю сухой и быстрый ответ.

Не могу пробиться. Что бы я ни сказала, ничего не изменится, потому что позиция Зимина слишком тверда, и звучит она так: «Я сдаюсь».

– Ты обсуждал это с кем-то?

– Нет.

– Почему?

– А зачем? Я же сказал, мне не хочется ничего менять. По большому счету меня сейчас все устраивает. Если это можно так сказать. Говорю же, мне все равно.

Все равно? Вчера мне так не показалось.

– Пей еще, – наказываю без лишней строгости, но довольно уверенно.

– Думаешь, так я смогу обнажить душу и мы найдем корень зла в моем детстве? Или в смерти Миши? Или в психозе Сани? Вытащим все колючки, я поплачу у тебя на плече, и мне станет легче? – Он издевательски дергает густыми бровями, но меня это ничуть не задевает. Если Дима так хорошо умеет притворяться, то может продолжать делать это и сейчас.

– Думаю, я снова тебя раскусила.

– Правда? – Вокруг его глаз появляются тонкие веселые морщинки. – И в чем суть?

– Ты решил выкрутить все в обратную сторону. Милашка Зимин больше не работает, и ты включил холодного псевдосоциопата, чтобы я испугалась и сбежала. Если не очаровать, значит, надо разочаровать. С Аленой ты сделал то же самое.

Дима опускает нос, облизывает губы и медленно тянется к стакану.

– Надо же, какая наблюдательная. – Он салютует мне и делает большой глоток.