Водный заговор

На самом деле мы тайком развернулись и, прокравшись обратно через заросший сад, спрятались за кустами олеандра с розовыми цветами, откуда хорошо был виден вход в дом.

И в самом деле – немного погодя подъехал чёрный «Гелендваген» с тонированными стёклами, и из него высадились двое мордоворотов в тёмных костюмах. Они нагло промаршировали к двери и постучали в неё кулаком. Гора мускулов, и я даже издалека разглядел их лишённые выражения физиономии. Оранж Джус, крутившаяся у входа, оглядела гостей, но об их ноги тереться не стала.

– Один из этих типов – оборотень, – шепнул нам дядя Джонни. – Но какой именно зверь, отсюда разобрать не могу.

Мы с Рокетом кивнули и пригнулись ещё ниже, надеясь, что эти амбалы не учуют, что в кустах прячутся сразу трое оборотней.

Дверь открылась, и бабушка Рокета, которая была на голову ниже типов в костюмах, видимо, осведомилась, чего хотят посетители. Не успела она произнести и пары слов, как двое мужчин уже протиснулись в дом.

– О-о, – сказал я.

– Опять с квартирой ничего не выйдет, – разозлился и расстроился Джонни и стал подниматься.

– Подождём, – сказал Рокет и потянул его за футболку обратно в укрытие.

Со стороны дома донёсся странный грохот. Дверь снова распахнулась, и двое мужчин в тёмных костюмах, спотыкаясь, сверзились спиной вперёд по лестнице. Они защищали головы руками, но им это мало помогло, потому что удары сыпались на них со всех сторон. Салли размахивала сковородкой, как теннисной ракеткой, не ведая пощады.

– И не вздумайте возвращаться! – крикнула им вслед бабушка Салли и, когда оба типа запрыгнули в «Гелендваген», побежала за ними со сковородой наперевес. Я восхищённо наблюдал, как она разбила им заднее стекло и оставила несколько вмятин на кузове.

Мы трое в кустах согнулись пополам от смеха.

– Поручу перевезти сюда нашу мебель и другие вещи, – сказал дядя Джонни с широкой улыбкой, какой я давно уже у него не видел. Мы обнялись и долго не разжимали объятий. Наконец-то у нас появился дом.

– Как думаешь, твоя бабушка тоже лесной или морской оборотень? – спросил я Рокета.

– Понятия не имею.