Если враг не сдается

— Товарищ генерал, вы сможете оперативно запросить данные на Эльвиру Мусаеву? Мне важно знать, не прибыла ли она в Самару поездом или самолетом. Сейчас всё компьютеризировано, все данные на пассажиров хранятся в базе данных. Если я сделаю запрос через Тимофеева, времени уйдет гораздо больше.

Коваль уступил свое место генералу, и тот набрал номер.

— Генерал-майор Мельников, — представился он абоненту. — Срочно соедините меня с генералом Гузеевым... Николай Дмитриевич? Мельников беспокоит. Сделай срочный запрос в билетные кассы железнодорожного вокзала и аэропорта на Эльвиру Мусаеву.

Да, правильно. Меня интересует, когда и на чем она прибыла в Самару. Два или три дня назад. Хорошо, через двадцать минут перезвоню.

Через двадцать минут, подумал Артемов, станет известно, когда Батерским был сделан звонок из части. Но не вчера, нет. Магомедов не сумел бы подготовиться к этой сложной операции, которая всё отчетливее вырисовывалась в голове полковника. Для предстоящей диверсии Магомедову был нужен опытный пилот, скорее — это Мусаева, которая в прошлом году готовилась к угону самолета из стамбульского аэропорта.

52"

"В этом лесу Мельников чувствовал себя не хуже, чем в «своем» ущелье. Даже лучше. Его коснулись недавние мысли о том, что здесь он как бы охранял мирный край, даже почувствовал в груди радость от того, что он, вооруженный до зубов, не хочет пролить ничьей крови. До поры до времени. Сейчас на его территорию вторглись чужаки, и он, словно следовал по оставленным некогда меткам, обошел боевиков стороной и поджидал их, слившись с тенью шарообразной поросли ивняка.

По привычке он закусил длинный конец банданы. Кисти рук, незащищенных длинными рукавами черной в обтяжку майки, были покрыты свежим слоем грязи. Та же картина на лице; лишь глаза спецназовца светились в густой тени, да отдавал холодным звездным блеском тяжелый клинок.

Грета чуть отстала от Червиченко. Она шла не вслед за ним, а чуть стороной. В руках «винторез» с ночной оптикой. На ней были черные свободные внизу, как шаровары, брюки, высокие ботинки.

Куртка короткая, туго обхватывающая талию. Волосы скрыты за темной шерстяной шапочкой. Она прошла в метре от громадной, почти двухметровой фигуры Миротворца. Он не выдал, да и не мог выдать себя ни дыханием, ни движением. Он слился не только с тенью ивняка, он растворился в самой ночи, в ее неспокойном и напряженном, подобно натянутой тетиве, воздухе, чтобы вновь соткаться в решающий момент.

А вот и он.