Эмблема с секретом

Можно пригласить, конечно… Но лучше, наверное, не приглашать…

– Что сказал? А? Не слышу! – гремело в одном ухе.

– Вадим Сергеевич, не волнуйтесь, – впивался в другое ухо вежливый и сладкий голос.

Сверчок поднял глаза и наткнулся на доброжелательный, немного даже печальный взгляд.

– На самом деле мы можем так долго препираться с вами, Вадим Сергеевич. У нас время есть, сколько угодно. Но вам – лично вам – лучше сразу рассказать все. Самому. Мы ведь знаем о вашей связи с агентами иностранной разведки. Да, не удивляйтесь.

Знали с самого начала. Каждая ваша встреча зафиксирована. И сегодня вы ехали как раз на очередную такую встречу. Потому и кружили по Садовому, хотели удостовериться в отсутствии слежки. Ведь так?

Сверчок остолбенело молчал. Как? Им все известно? Не может быть. Блефуют.

– Имя! Как его зовут?! – заорал кирпичный и ударил кулаком по…

Нет, не ударил, Сверчку просто показалось. Неудивительно. Этот голос бил в темя не хуже кулака…

– Очень хорошо! Уже гораздо лучше, Вадим Сергеевич! – Слова вдруг посыпались ласковые и холодные, как замерзшая черника.

 – Где он живет? Как вы связываетесь? На кого он работает?

– Кто? – спросил Сверчок недоуменно.

– Да ваш Иван Иванович! – улыбнулся вежливый. – Вы ведь сами только что сказали!

Елки. Сказал. Да, наверное, сказал. Когда он успел?

– Я не знаю, – сказал он.

Опасливо покосился на стоявшего за спиной кирпичного, торопливо добавил:

– Честно, не знаю… Если надо, он звонит мне из таксофона… Может, он просто журналист… Да, наверное, журналист…

– В ЦРУ до хренища таких журналистов!!!

– Я не знаю.

Я просто предполагаю. Может, откуда-то еще… Я ничего о нем не знаю… Честно…

Вежливый посмотрел на него с укором и тяжело вздохнул. Кажется, он не очень верил честному слову Сверчка.

– О брате своем подумай, чучело!!! – опять взрывал темя злобный окрик из-за спины. – Он ведь из-за тебя всего может лишиться! У него семья! О матери-сердечнице подумай! Да и о себе тоже!!! Говори! Говори! Или все – или ничего, расклад такой!!!

Говори.

Колись. Кошмар. Кошмар. Сверчок говорил что-то. Но поскольку он и в самом деле ничего не знал, то теперь уже и сам себе не верил.

Вежливый вздыхал и тер переносицу. «Ну что, может, Евсееву звонить?»

Кирпичный орал и тыкал в лицо Сверчку какие-то фото. Автомобильный поток на Кутузовском проспекте. Вот его, Сверчка, машина стоит на обочине. А где Иван Иваныч? Где его машина? Покажи! Другое фото. Третье. Четвертое.

Сверчок заплакал. Нет здесь машины Иван Иваныча.