Эмблема с секретом

«Сверчок спалился», – подумал он.

Мало того что подумал на русском, он именно по-русски сформулировал: спалился. Именно так это называется сейчас.

«Возможно, я спалился тоже», – пришло в голову уже в следующую секунду.

Правда, за эту секунду Техник успел изрядно отдалиться от места происшествия. Стрелка спидометра приблизилась к сотне, обороты взлетели.

Вот только без паники, сказал он себе.

Приближалась развязка с Минской улицей, Техник сбавил скорость и свернул туда. Доехал до Филевского парка, остановился.

Стоял больше получаса, наблюдая за улицей в зеркало заднего обзора. Если за ним был незамеченный «хвост», контрразведчики легко поймут, кому Сверчок подавал условный знак. И если не было, тоже могут вычислить. Теперь у них везде натыканы камеры слежения, проанализировать машины, прошедшие мимо… Но это надо постараться. К счастью, у него обычные, не дипломатические номера. К тому же они прикрыты тонкой сеткой, которая затрудняет идентификацию.

Большая Филевская улица кипела по случаю вечернего часа пик, машины шли плотным потоком.

Некоторые, словно устав от спешки, ненадолго приставали к «берегу», раскрывали свои двери-жабры, а через некоторое время снова вливались в разномастную и разноцветную массу. Техник старался отслеживать все более-менее подозрительные машины. Подождав, он проехал немного вперед, снова припарковался. Нет, вроде чисто. Ничего не заметил.

За это время он успел обдумать ситуацию и возможные варианты ее развития.

Связь всегда была односторонняя, Сверчок самостоятельно не сможет выйти на него – Ивана Ивановича Иванова.

Но зато сможет опознать по фото. Правда, для этого нужно, чтобы именно его фото сунули Сверчку. Маловероятно. Техник нигде не светился, работал аккуратно… Но это ничего не значит… Покажут все фотки!

* * *– Какая встреча? Какие знаки? Я просто ехал по своим делам и никому не подавал никаких знаков! О чем вы говорите вообще? – недоумевал в это время Сверчок, ерзая на старом венском стуле. Кабинет без окон с крашенными масляной краской стенами, где он сейчас находился, одинаково походил как на медицинский изолятор, так и на камеру пыток.

– У меня двигатель закипел, я сразу остановился! Куда мне было деваться? И что тут такого? Я могу штраф заплатить, в конце концов!

– Заплатишь, не волнуйся, – успокоил его атлет с кирпично-красным лицом.

Он больше не размахивал кулаками и не матерился. Правда, при этом упорно продолжал «тыкать», а в голосе слышалась угроза.