Эксперимент (СИ)

Зачем я вообще это ему говорю?

– И?"

"– И вот когда дошло дело до секса, и я осталась в одном белье, этот дрыщ так брезгливо на меня посмотрел. Точнее на мои шрамы. И вся моя накопленная за счет него и без того шаткая уверенность в себе канула в Лету. И это были какие-то стремные парни. А ты…

– Что я?

– А ты красивый, уверенный в себе богатый мужик. От красивых мужиков вообще ничего хорошего ждать не приходится. Тем более от богатых. А вышло совсем по-другому. Я с тобой о них забыла, – указываю взглядом на следы рубцов на животе.

– Не замечаю их. И вообще…

– Что?

– Ничего. Зазнаешься еще.

– Да я уже, это за двадцать четыре часа почти второе признание в любви. Балуешь, – усмехается Слава, потянувшись к моим губам. Дурак.

Два дня спустя

Только когда на безымянном пальце сверкает кольцо и приезжаешь в место празднования, понимаешь одну вещь: надо было смотаться в какой-нибудь райский уголок с бирюзовой водицей и пожениться только вдвоем на берегу океан, а не вот это вот все.

Вот на черта мне сдались все эти люди, которых я даже не знаю.

Да, статус Славы обязывает звать всех этих важных шишек, раз устроил пирушку, но не по душе мне это. Вот совсем. Да и Архангельского назвать счастливым нельзя. Сейчас, когда мы уже за столом, он выглядит озадаченным.

– Тебе здесь не нравится? – наконец, решаюсь спросить.

– Да я вот думаю. Ты оставила нам что-нибудь из денег на жизнь или придется дом продавать? – обводит взглядом икру на нашем столе, усмехаясь в голос.

– Я выбила скидку.

Большую. Не переживай.

– Гулять так гулять, да, Наталь Санна?

– А то, когда я еще поем черной икры. Брачный договор еще не хочешь?

– Будет стимул не разводиться.

– Вот, во всем надо искать плюсы.

– Черт, это разрыв шаблона. Я уже ничего не понимаю.

– Ты о чем?

– Я думал, я тебя знаю, но оказывается нет. Как ты могла заказать столько черной икры всем этим мудакам, половину из которых я терпеть могу. Почему только не нам? Ты же та еще жмотина.

– Очень жаль, что ты меня хорошо знаешь.

Говорят, надо оставаться загадкой, - зачерпываю ложкой черную икру и подношу ее к Славиному рту. Тот с неохотой, но все же съедает. – У них у всех имитация черной икры, – шепчу ему на ухо. – Кроме стола Миши, Маши, ее отца и твоего друга с женой. Я специально посадила их за один стол. Ну и наш стол, конечно, настоящий, – не скрывая улыбки, выдаю я.

– Да ты ж моя лапочка. Спалиться не боишься? И, стало быть, меня опозорить?

– Неа. Никто не догадается.