Эксперимент (СИ)

– Ты не ненавидишь меня? – тихо спрашивает Маша, застилая наволочку. Вид у нее, конечно, ужасный. Худая и бледная как моль. И этот гад еще мне говорил про девять баллов из десяти? Боже, о чем я думаю?

– За то, что придется спать с тобой на одной кровати? – пытаюсь пошутить, но выходит это коряво. – Не айс, конечно, но я потерплю.

– Ну ты же знаешь, что я не об этом.

– Ну вообще, я реально не понимаю, о чем ты.

– За то, что авария с Мишей – папиных рук дело.

– Что за бред? Я о таком не слышала.

Его начальник бы рассказал. Да и Слава, думаю, обмолвился бы. Там мудак какой-то пьяный за рулем был. Сын какого-то бизнесмена. Так что не наговаривай. Ложись. Не обижайся, но вид у тебя, Маш, не очень. Прям сильно не очень.

– А в реанимацию точно не пускают? Разве нельзя заплатить?

– Точно. Даже Соболев не смог. Там какая-то шишка с Мишкой лежит в реанимации, я так и не знаю, то ли губернатор какой-то, то ли еще кто. Поэтому фигушки. Не в деньгах дело. Думала, Слава устроит, у него связи ого-го, а он наотрез отказался.

Козел. Ладно, все. Давай спать.

Ночь выдалась на редкость отвратной. Стоило только провалиться в сон, как мне приснился ухмыляющийся Архангельский в свадебном костюме, а рядом с ним под руку офигенно красивая Маша. И так трижды. Не желая больше видеть эту картинку, я встаю с утра пораньше и, приняв мощную дозу кофеина, начинаю приводить себя в порядок.

Накормив Машу полноценным калорийным завтраком, было решено ехать к Жене.

Правда, выйти из квартиры мы не успеваем. Перед самым выходом, в дверь звонит Архангельский.

– Я тебя сюда не звала, – не мешкая, бросаю я, смотря на то, как он внаглую заходит внутрь, закрывая за собой дверь.

– А я не к тебе пришел. Пойдем, поговорим, – указывает взглядом на Машу. А вот это уже удар ниже пояса. Чтоб у тебя не встал никогда и ни с кем кроме меня! Скотина.

– А вы… что тут делаете? – еле слышно произносит Маша, чем конкретно выводит меня из себя.

– Мы, вроде, на «ты» уже были, – ну как были на «ты», так теперь на «вы».

Чувствую себя идиоткой, подсматривающей и подслушивающей за другими в собственной квартире.

– Передумала. И я не хочу с тобой говорить.

– Стой, – грубо произносит Слава, хватая Машу за руку. – Я понимаю, что ты обижена на своего отца и у тебя к нему куча претензий, но он уже давно не мальчик. В отношении тебя он достаточно совершил ошибок, но с твоей стороны перебор обвинять его во всем.