Эксперимент (СИ)

Слава что-то говорит про реанимацию, хороших врачей. Точь-в-точь, что и бывший Мишин начальник. А я понимаю, что не хочу никаких обнадеживающих разговоров о брате. Никакой хороший врач не даст гарантию, что все будет хорошо. Все это слова. Только слова.

– Хочешь я к тебе приду? – спрашивает он. Придурок! Еще и взрослым зовется. – У меня тоже не самая радужная полоса в жизни, поэтому я не хочу мотать себе нервы и стучаться в закрытую дверь через толщу твоего упрямства. Просто «да» или «нет», – казалось бы, нет ничего плохого в том, что он говорит, но меня настолько выводит его подача, что я не раздумывая бросаю:

– Нет.

Кладу трубу и только спустя пару минут до меня доходит, что я творю какую-то дичь. Если бы не наступившие месячные, я бы подумала, что меня штормит от того, что я залетела, ну или на крайняк дурацкий ПМС. Но ни того, ни другого нет, а вот поведение ребенка, впадающего в какие-то наидебильнейшие эмоциональные всплески, есть.

Это ведь совершенно мне не свойственно. Что со мной сделал этот гад? Это ведь все он…

Еще несколько минут я неотрывно смотрю на мобильник и все же беру его в руки.

– Але, – молчу, понимая, что мой язык совершенно меня не слушается. – Ты звонишь просто помолчать? Ну так обычно это делают с незнакомых номеров, – всего восемь букв в этом дурацком слове «приезжай». Да что ж меня так ломает-то?! – Меня начинает раздражать твоя баранья упертость. Не задумывалась, что рано или поздно мне это может на самом деле надоесть?

– Ты можешь договориться о том, чтобы меня пустили в реанимацию к Мише?

– Нет, – не задумываясь, бросает Слава.

– Ну ведь у тебя есть связи. Я знаю, ты можешь.

– Я сказал нет. Это все?

– Я тебя ненавижу.

– И тебе пока.

Черная полоса… просто черная. Но скоро будет белая. По-другому никак.

***

Я ожидала увидеть кого угодно, но точно не Машу, да еще и с вещами. А уж, когда узрела ее кошку, так вообще офигела. В любой другой ситуации я была бы против гостей, да еще и надолго, но сейчас рада.

"Знал бы Миша, что Маша не только отстояла свой уход из дома, но и напоследок хорошенько приложила собственного отца, точно бы соизволил прийти в себя. Вот тебе и оранжерейный милый цветочек. Смогла бы я так повести себя со своим родителем? Вряд ли. Сломать ему зуб и разбить губу – это даже для меня перебор.