Его запретная малышка

Но при этом во мне такое огромное чувство вины перед ним за то, что мама ушла, родив меня.

— Что за глупости ты говоришь? Это не так, точно не так.

— Да знаю, что это глупо, но все равно это чувство — оно есть. И вот я все стараюсь быть лучшей, идеальной, собранной, умной, чтоб он гордился мной, чтоб уход мамы был не напрасным.

Маша плачет, больно смотреть на ее слезы, стираю их с лица, целую глаза, щеки. Какая она все-таки маленькая девочка, которой нужна забота, ласка, внимание.

— Все, Маня, все, не плачь. Такое бывает, я верю, нужно отпустить себя и не пытаться кому-то что-то доказать.

Маша обнимает меня, сидим так несколько минут, слушаю ее дыхание, чувствую, как часто бьется сердечко на моей груди. Точно надо увольняться, в самом начале учебного года еще не так страшно, можно найти замену.

Смотрю в сторону: там, в конце аллеи, ходит парень и продает яркие надувные шары, решение приходит моментально.

— Маня, ты посиди здесь. Только никуда не уходи.

— Что случилось?

— Я мигом, пять минут.

Несусь по аллее, сворачиваю за угол, туда, где цветочный киоск.

— Мне вот этих, розовых — все, что есть.

— Здесь тридцать пять штук. Упаковать?

— Нет, давайте так.

С длинных стеблей роз капает вода, прижимаю всю охапку. Нежно-розовые розы для моей нежной, но с острым характером, как шипы у цветов, девочки. Несусь обратно, покупаю у парня все шары, они как радуга на синем небе. Машке понравится. Бегу, чувствуя, как из меня выплескивается счастье.

— Маня, — пытаюсь отдышаться, Маша смотрит удивленно, но улыбается, прижимая руки к груди. — Это все тебе.

— Просто так?

— Конечно, нет, у меня на тебя большие планы.

Вручаю розы, девушка на самом деле выглядит удивленной, смотрит так, словно ей никогда не дарили цветов и шаров. А я готов хоть утку поймать для нее сейчас.

— Спасибо.

— Пойдем быстрее домой, сейчас доставка из ресторана приедет, утки спасены и сыты.

— У тебя есть ваза?

— Точно есть ведро, Маня, все, полетели.

Она смеется — так звонко и открыто, что меня окончательно накрывает.

Я, кажется, влюбился.

Глава 26 Маша

— Кого мы видим? Мария Владимировна осветила своим появлением наши серые студенческие будни и скучные пары.

— Леманн, тебе не с кем было тренироваться в остроумии?

Не обращаю внимания на подколы Серафимы, сажусь к девочкам, Вера смотрит взволнованно. Я, конечно, плохо поступила, что не отвечала на ее звонки и сообщения, но совсем не было времени и сил.