Его запретная малышка

— Маша, я вас завтра жду на паре, очень важная тема, и не забудьте взять тему для доклада через две неделе, идите.

— Я… я не знаю… хорошо, — смотрит на женщину, снова на меня.

Не хочу ее отпускать, сейчас она в шоковом состоянии, тихая, ей можно все объяснить. Принес же черт эту Витальевну именно сейчас и именно сюда.

Маша двигается боком, словно мышка выбегает из двери, я наконец делаю вид, что замечаю женщину в красном пиджаке, такую только что слепой не увидит.

— О, Юлия Витальевна, извините, вы давно тут? Я что-то немного перегнул палку, люблю, знаете ли, дисциплину, временами бываю слишком жестким.

— А я тут искала Зинаиду Францевну, чтоб напомнить о собрании, а тут вы. Я сама не против дисциплины и порядка и в какой-то мере люблю жестких и властных мужчин, — женщина говорит медленно, завороженно смотрит на меня.

Смотрю, как она облизывает яркие губы. Господи, только не это. Не хватало мне еще отбиваться от настойчивой женщины за сорок, явно страдающей отсутствием внимания нормального мужика."

"— Но я бы рекомендовала не быть именно с Марией столь строгим.

— Почему?

— У нее очень влиятельный и богатый отец. Главный спонсор нашего университета.

А вот это интересно.

Нет, я помню, что девочка небедная судя по бренду купальника, который все еще у меня. Но тогда я предположил, что его ей мог подарить парень или любовник, предположение было абсолютно не верным.

Но все это не имеет никакого значения — ни папа, ни его влияние. Мне нужно поговорить с этой взбалмошной, неизвестно что себе накрутившей девчонкой.

Надо найти ее подружек и узнать телефон, два дня назад Серафима так ловко сунула мне в карман свой номер, что заметил только дома.

— Вы на пару, Денис Олегович?

— Нет, у меня все.

— Может быть, выпьем кофе?

Твою же мать.

Избавить меня от этой женщины может только чудо. Очень кстати зазвонил мой телефон. На дисплее высветилось имя друга.

— Извините, мир в опасности.

Боком протиснулся в дверной проем, Юлия Витальевна нарочно еще больше выдвинула бюст, загораживая проход.

— Извините, дела.

— Ну-ну, дела так дела.

Не понравилось мне это «ну-ну».

Глава 18 Маша

Какой наглец. Хватает, лапает, снова лезет языком в рот. А еще преподаватель. Кто вообще ему разрешает вести занятия? Он ведь маньяк!

«Маша, нам надо поговорить».