Его моя малышка

Да настолько ярко, что не будь у него на руках дочери, он бы затащил жену прямо в сияющую чистотой и чёрным мрамором моржовскую ванную. Но тут же подумал и о другом: что, возможно, именно дочь его и спасла от жестокого разочарования, чем в последнее время заканчивались все его попытки склонить жену к коитусу.

Настроение испортилось. Самодовольная рожа Моржова бесила. За пьяную жену стало стыдно. И вместо того, чтобы выслушать предложение банкира, сулящее неплохие дивиденды и ради которого пришлось тащиться к нему для личной встречи за город, он вдруг решил сам сделать предложение одной из самых дорогих компаний Рунета, причём немедленно.

«Если гора не идёт к Магомету, — разумно решил он, поспешно прощаясь, заталкивая жену в машину, и вспоминая их студенческие забавы в виде переписывания окончания известных фраз. — Значит, не нужен ей тот Магомет. Значит, задача того Магомета: лично к горе заявиться в обед».

Даже в субботу. Роман был уверен, что у таинственной мадам Скворцовой это рабочий день.

И велел водителю ехать прямиков к складам «West-East» этой «гешефтсфюрер», что по-немецки значило всего лишь «руководитель предприятия», но «гешефт» означало и «сделка ради барыша», и эту Скворцову он со злости так и называл «барышницей».

И злился Роман потому, что она его тоже, можно сказать, как и жена, отшила.

Она не снизошла даже до телефонного разговора — раз. О ней не удалось найти никакой информации в сети — два (кроме её исключительно закрытой личной жизни, нежелания встречаться с прессой и общаться по любым другим поводам, кроме рабочих).

И три: свой бизнес она начала именно так — с перепродажи вещей из известных зарубежных каталогов. Причём одна, сама, без денег, влиятельных друзей, мужей и поддержки. И до сих пор оставалась женщиной-загадкой, с единственной фотографией в сети, что светилась на страницах «Форбс», и датой рождения, что удалось выудить оттуда же.

«Тридцать пять лет? — рассматривал Роман головоломку по имени Марина Скворцова, что сейчас по какой-то нелепой случайности держала на руках его дочь и не верил своим глазам.

 — Вот эта женщина в дешёвых подростковых шмотках с дурацким хвостиком его ровесница?»

Туда-сюда, плюс-минус год или два в его возрасте точно не считаются. Но одно в его голове точно не укладывалось: имея состояние в семьсот миллионов долларов, как? Как можно выглядеть так? Как можно относиться к себе так? Сидеть за столом, заваленном шоколадками и мусорной корзиной, полной пустыми фантиками от них.