Его дерзкая девочка (СИ)

— Очень смешно, Золотарева! — буркнул Тим. — В чем подвох и что же это за работа такая?

— Водителем будешь. Моим.

— Твоим? — не знаю, может ли его бровь взлететь еще выше, она и так скоро под бинт спрячется. — Тебе-то какая в этом выгода?

— А такая, что никто не будет знать, где я и что я. Отцу нужно отстранить меня от руля, а мне не нужен надзиратель Анатолий. Тебе же, в свою очередь, нужны деньги. Чем не повод объединиться? Ты просто будешь говорить моим родителям то, что я скажу. Папа будет спокоен, я буду свободна, ты будешь с деньгами — вот и все.

Все в плюсе.

— Мне не подходит. Чтобы я да на тебя батрачил, лучше сдохнуть!

— Ну-у-у, — фыркаю, окатив парня презрительным взглядом. — Как знаешь, Тимурчик, — с улыбкой и нараспев, как не так давно тянула его «киса». — Дело твое, но сдается мне, что без моей помощи тебе и так недолго жить осталось, — пожимаю беззаботно плечами, разворачиваясь, — удачи в поисках работы! — бросаю напоследок, махнув ладошкой на прощание и, держа высокомерно прямо спину, топаю на выход из клиники.

Я чувствую его взгляд. Он прямо так и упирается между лопаток. Абашев не идет за мной следом, просто смотрит, а еще наверняка скрежещет зубами от злости.

Он влип. Да влип так, что вариантов у него немного, на самом деле, и я предложила самый лучший из всех возможных. Практически через себя переступила. Мне тоже не обломилось терпеть его кислую смазливую мину каждый божий день. Но… Нет так нет, найду другого, тоже мне потеря.

Выйдя на улицу, полной грудью вдыхаю прохладный ночной воздух.

В носу свербит от больничных запахов. и у меня такое ощущение, будто я все еще чувствую металлический привкус крови во рту, хотя на меня не попало ни капли.

Время уже глубоко за полночь, и у предков наверняка появятся ко мне вопросы. Если еще не появились, так как в спешке вылезая из машины, я забыла мобильник, и за все полтора часа, проведенных в больнице, так про него и не вспомнила.

Оказавшись в салоне своей девочки, устало укладываю руки на руль и упираюсь в них лбом.

Нервный выдался денек. Ноги еле держат. Хочется завалиться на любимую огромную кровать и проспать, как минимум, до обеда. Но работу еще никто не отменял. И на данный момент мне до нее осталось спать жалких шесть часов.

Слышу стук в стекло с пассажирской стороны. Вздрагиваю. Бросаю взгляд на нарушителя спокойствия и даже не удивляюсь тому, кого вижу.

— Чего приперся, Тимурчик? — нажимаю на кнопку, и стекло медленно опускается с его стороны.