Его брат хочет тебя (СИ)

— Даже, если ты один раз видел меня голой, то это не значит, что тебе разрешено и дальше меня такой видеть. Поэтому, пожалуйста, отвернись, — постаралась быть вежливой и даже наигранно мило улыбнулась.

С трудом удалось отнять несколько пальцев от груди и почти безопасно, не раскрывая соска, покрутить воображаемый кружок в воздухе, намекая, как Кирилл должен послушно отвернуться лицом к стене. В тот же момент я бы, не страшась оказаться голой перед ним, захватила бы свое персиковое мятое платье, которое обнаружила на дверце открытого шкафа или подняла халат, который валялся возле кровати, но опасно близко к стороне Черного.

Но вместо джентельменского жеста Кирилл опустил бровь, скрестил руки возле массивной груди и демонстративно лег обратно на подушку.

— Даже не подумаю, — безапелляционно отрезал мою просьбу, которую скорее всего подсознательно воспринял, как приказ, а следовательно, как унижение его мужского достоинства. После этого он небрежно положил одну руку за голову, а второй на тумбочке нащупал телефон и спокойно начал в нем что-то писать или смотреть новости.

За те месяцы, что мы не виделись, мне казалось я немного успокоилась и перестала так реагировать на Кирилла, но сейчас внутри опять всколыхнулась волна эмоций, от которой залило красками всё тело от кончиков ногтей до светлых волос на голове. Ощущение, что теперь я заново начала его ненавидеть.

Ну, как можно быть таким упертым бараном, не имеющим представление об элементарных женских чувствах?

Разозленная на его твердолобость, я постаралась не обращать внимания на собственную наготу и резким шагом дошла до халата, который валялся со стороны Кирилла.

Поднимая халат, боковым зрением заметила, как парень надел шорты, а следом на тумбочке начал искать сигареты. Не найдя — принялся материться сквозь зубы. Успокоился едва нашел их на полу около кровати. Только после этого он, небрежно засунув сигарету между зубов, развернулся и полоснул по мне черным взглядом карих глаз, едва не пробив насквозь.

— Ты вчера не только разрешала прикасаться, а молила, чтобы трахнул тебя. Притом, как можно жестче и сильнее. А главное больше и больше!.. — чуть подумав, добавил: — Пойду покурю на улице.

Он не оделся. Лишь в одних шортах, да шлепках и даже не умылся, не поел, да к тому же, мог покурить в комнате, открыв окно, но предпочел уйти от меня во двор.