Единственная для командора (СИ)

Сладко-горький запах полыни, который я еле слышно чувствовала от командора, помогал ощущать себя защищённой. Я уже привыкла к этому аромату. Но стоило ли?

Вновь и вновь я перебирала в голове варианты. Понимала, что от меня почти ничего не зависит. Против тварей действовали только вода и огонь. Вода очищала, а огонь уничтожал их. Ветер же ничем тут не мог помочь. Так что всё, что мне оставалось — вцепиться в командора, как сейчас, и надеяться, что он, как и обещал, разберётся. Моя жизнь в моём мире сейчас казалась далёкой и почти чужой.

— Держись за моей спиной, — тихо проговорил командор.

Я моментально напряглась и прислушалась. Акорн опустил меня на землю и закрыл своей широкой спиной. Но я успела разглядеть, как прокажённая тварь, похожая на гиену с зубами, как у акулы, выходит на тропу.

Огляделась и поняла, что дело плохо. Чем ниже уходила лестница, тем больше было тварей. Некоторые уже заходили нам за спину. Выйти на тропу они не могли — их отбрасывало. Скуля или рыча, они отступали. Но раз у одной из этих тварей получилось выйти, то получится и у остальных?

Акорн достал клинок и сосредоточился.

— А теперь быстрее, идём."

"Мы побежали вниз по ступенькам. Главное — добраться до основных сил, тогда отбиваться будет проще. Но так просто нам не дали это сделать. Акорн резко остановился и снова приготовил клинок к бою. На ступеньки вышло сразу две твари. Нападать они не спешили, и мы замерли друг напротив друга.

Позади послышался тихий рык. Почувствовав неладное, я обернулась. Оправдалось худшее из предположений — нас окружали. И если Акорн мог защитить меня от тех, что спереди, без проблем, то как быть с теми, что сзади? Не может же он одновременно быть и там, и там.

Я неосознанно вцепилась в руку Акорна. Сердце гулко билось от страха. Я хотела предупредить командора, но слова застряли в горле, в голове была только одна мысль: “Мне конец”.

Вдруг послышался странный гул и треск. Я обернулась и увидела, как широкой полосой огонь распространяется, выжигая прокажённых тварей буквально на глазах.

Огонь стал тухнуть, его тянуло в одно место. Уходя, пламя оставляло только почерневшие камни и запах гари.