Дворянин поневоле

Вот полдюжины до лагеря деревенских и добежали, пока мы их вокруг по степи искали. А там их твои пацаны и встретили. Ох, и злые они до драки, скажу я тебе. Я и охнуть не успел, как они из тех шестерых решето сделали. И где только научиться успели, – есаул удивленно покрутил головой.

– Понятно. И тут отметиться успели, – мрачно вздохнул Сашка. – Ну? И что мне прикажешь со всеми вами делать? Неужто так сложно было толковую засаду устроить? Ведь все знали. Откуда пойдут, куда. Даже в каком количестве.

– Так темно ж было, – развел есаул руками.

К удивлению Сашки, пираты были вооружены в основном дульнозарядным оружием. Только командиры и, судя по всему, самые лучшие стрелки были вооружены однозарядными винтовками Бердана. Нашлось и несколько капсюльных револьверов. Так что уничтожение пацанами шестерых пиратов его не сильно удивило. Шесть выстрелов против одного, да еще и в темноте, это не баран чихнул.

– Мальчишки все целы? – подумав, мрачно поинтересовался Сашка.

– Слава богу, – быстро кивнул есаул.

– Ладно. Обошлось, и хрен с ним, – махнул парень рукой. – Но в следующий раз с тебя спрошу.

– Теперь они не скоро сунутся, – рассмеялся в ответ есаул. – Да и мало их осталось.

– Откуда знаешь? – насторожился Сашка.

– Купцы ихние в Таганрог часто заезжают. Не тот турок уже стал. Ослаб. Раньше гонору в них было куда как больше. А теперь только и смотрят, как бы самих в колодки не забили, – продолжал посмеиваться казак.

– Счастливой дороги, – машинально кивнул Сашка, высматривая своих подопечных в толпе бывших рабов.

Но вернуться к своим делам он снова не сумел. Откуда-то из-за угла вынырнула Ирина Петровна и, ухватив его за рукав, потребовала отчета, что это было, почему допустили и когда оно закончится. Чувствуя, что начинает медленно свирепеть, Сашка аккуратно вытянул свой рукав из ее пальцев и, еле сдерживаясь, ответил:

– Сударыня, нападение пиратов дело непредсказуемое, и дело уже сделано.

– Так это были пираты?! – ахнула девушка.

– А вам разве не объяснили? – не понял Сашка.

– Со мной вообще разговаривать не стали. Хорошо по шее не дали, когда я принялась требовать ответа, – тут же пожаловалась она.