Такие разные миры

Вообще финики – это отличная замена сахару, не приносящая вреда.

По вечерам, например, мы часто (особенно с приходом гостей) сидели в беседке на маленьком заднем дворике, пока лампа откидывала наши желтовато-оранжевые тени на землю, и распивали чаи, закусывая сладкими финиками. И даже сахара класть совсем не приходилось. Я посмотрела на часы, и внутри снова все сжалось, словно от сильного страха. Но не сказать, что я боялась. Скорее, жутко не хотела выслушивать от подростков очередные упреки за свой внешний вид и, может, даже оскорбления из-за платка.

Так что меня можно было понять.

– Ты ведь прочитала утреннюю молитву? – спросила мама.

– Да, – кивнула я. – И Кани разбудила.

– Отлично. И в школе не забудь помолиться.

– Если найду место.

Мама меня обняла: от нее исходило невероятное тепло, а ее руки согрели мои плечи.

– Не волнуйся. Все будет хорошо.

Я дважды кивнула; обычно именно таким образом я давала понять, что мне не нужно повторять. Мама тоже кивнула в ответ, и прядь ее волос упала на лоб, но она ловко ее смахнула.

У моей мамы очень густые черные волосы, которые она обычно собирает в хвост на затылке, но сегодня она почему-то заплела их в косу. У нее потрясающие ярко-зеленые глаза, которые достались ей от бабушки, и почти нереалистично правильные черты лица. В параллельной вселенной она могла бы стать очень востребованной моделью и возглавлять обложки известных журналов, заставив всех красавиц мира кусать себе локти.

Благодаря своей внешности мама, как я верю, и привлекла внимание папы. В первую очередь именно внешность сделала ее очень популярной среди мужчин, окружавших ее когда-то, и собирала множество поклонников, каждого из которых она жестоко отвергала. Я слышала много рассказов о том, как, приходя с учебы домой, она не раз обнаруживала букеты цветов у порога. А иногда цветы приносили, когда она сидела дома. Да еще и любовные записки. Многие хотели завоевать сердце загадочной красавицы. Были даже попытки поговорить с ее отцом, моим дедушкой, а он первым делом отправлялся спросить мнения своей дочери касаемо возможных женихов. Но она всем отказывала, храня в сердце намерение для начала получить образование.

К слову, моя мама – арабка, переехавшая в Америку из Сирии еще в шестидесятых в поисках лучшей жизни. А вот папа… Он урожденный англичанин, но провел большую часть своей жизни в Штатах почти с той же целью.