Двоедушник

В наступившей тишине стало слышно, как судорожно всхлипывает Шанна.

– Не дышит… – Подняв заплаканное лицо, она переводила мутный взгляд с Виктора на Нику."

"– Его вторая душа ушла, не расплатившись сполна, – произнес Вик. – А значит, существование в кредит закончено. Ему уже не помочь.

Ника отвернулась, не в силах наблюдать за тем, как Шанна пытается вернуть Антона к жизни.

– Отпустите нас, – тихо попросила она. Виктор по-прежнему стоял у нее за спиной. – Вы обещали.

– Немного терпения. Уйдете, как только Вика придет в себя.

Но то, что произошло дальше, разом перечеркнуло шансы неизвестной Виктории на жизнь. Сделав совершенно напрасными усилия ее второй души по сбору Есми.

Антон Князев вернулся. Зашевелился, потер глаза – изумленная Шанна выпустила его из объятий и вскочила на ноги. Князев же огляделся по сторонам и наконец сел на краю платформы спиной к остальным, свесив ноги вниз.

Он выглядел, как человек, который прекрасно выспался. Впервые за всю жизнь.

– Игни вернул долг! – провозгласил Антон и раскинул руки в стороны, словно собирался обнять весь мир.

Звук удара. Какая-то сила швырнула Виктора спиной на стену, и он сполз по ней, бледнея на глазах. Пытался что-то сказать, но вместо этого только беззвучно шевелил губами.

– Он ненарочно, – с беспечной радостью пояснил Антон. – Его даже не спросили. Раз он их привел, значит, отдает за меня. Логично, правда?

– Логично… – сдавленно повторил Виктор. Неловко поднялся, сделал шаг вперед и вскинул вверх руку, растопырив пальцы.

В ответ на его жест с неба упали птицы.

Справа и слева от Ники возникли фигуры в птичьих масках и с посохами наперевес. Рядом с Антоном – еще две. Встали неподвижно, как конвоиры.

Только возле Шанны никого не появилось.

И вскоре стало понятно почему.

Шаркая ногами и распространяя вокруг тошнотворный запах помойки, из здания бывшего вокзала на перрон выбралась жуткая бабка в тряпье вместо одежды.

Это была Коровья Смерть.

– Допрыгалась, кулема тряпошная, – прошамкала старуха. Медленно подобралась к остолбеневшей от ужаса Шанне и выпростала из-под своего рванья одну руку. С длинными костлявыми пальцами, растопыренными в стороны, как… грабли. – Пошла за мной, дуреха… Глубко забралась, да глупо споймалась…

И первой потащилась обратно в клуб.