Двое

И неважно, что Булат сейчас бы сказал, что мы никогда и не были вместе. В моей голове в те моменты, когда мы занимались сексом, лежали рядом и разговаривали, он был моим.

Интересно, он уже знает, что я ушла? Знает, конечно. Григорий ему рассказал. Неужели он просто продолжит жить без меня как раньше? Как-то в детстве я подобрала крохотного щенка, и он жил у меня под кроватью, пока мама не нашла его и не заставила вернуть на улицу. Я неделями не могла перестать о нем думать, несмотря на то, что Банди пробыл со мной всего три дня.

Я утыкаюсь лицом в подушку и глубоко дышу. Почему нельзя пережить всю боль за один день, а потом продолжить ходить и улыбаться без этого удушающего надрыва в груди? Ну или хотя бы на время перестать чувствовать, чтобы было проще смириться? Ведь когда человеку проводят сложную операцию ему дают наркоз. Жаль, что я не люблю алкоголь. Сейчас бы выдула целую бутылку, чтобы хотя бы ненадолго забыться.

Я шарю рукой под подушкой и подношу к глазам телефон. Знаю, что не увижу того, чего хочу, но это не мешает тоске охватывать все новые территории. Ну же, Тая, разозлись. Вчера у тебя отлично получилось. Он наплевал на важный для тебя день и сказал, чтобы ты уходила. Ты все сделала правильно, разве нет? А как было поступить иначе? Остаться после того, как в твой день рождения тебе указали на дверь? Пусть я и содержанка, но у меня тоже есть гордость.

Часы показывают начало седьмого, и из спальни начинают доносится заспанные голоса девчонок.

"Натянув джинсы, я иду в ванную, чтобы успеть умыться до того, как ее займут хозяйки. Нужно помнить, что я в гостях и дополнительной душевой, как в квартире Булата здесь нет.

— Доброе утро, Тай. Как спала? — Марина смотрит на меня из-за двери холодильника. Ее глаза немного опухшие от сна и волосы растрепаны, и в этот момент я начинаю любить ее еще больше. Такая милая и домашняя.

— Спасибо, хорошо. У вас очень удобный диван.