Двое

По знакомому движению, я узнаю, что он надевает презерватив.

Следующие минуты перебивают интимность предыдущих. Пусть для него все не так, но в моих мыслях мы впервые занимаемся любовью.

33

— Доброе утро, — шепчу, едва Булат открывает глаза. Рот прикрываю уголком одеяла — я не успела почистить зубы. Время у меня было, только вставать не хотелось. Боялась, что если отлучусь хотя бы ненадолго, то Булат уйдет в душ, и вся магия сегодняшнего утра испарится. А я не хочу терять ни секунды.

— Доброе, — Булат изучающе смотрит на меня из-под своих густых ресниц, после чего отталкивается от кровати и встает.

Я разглядываю след от его головы на подушке, а по груди расползается холод. Он не помнит или жалеет о том, что отпустил себя? Или же просто был пьян? Я думала, он обнимет меня. Захочет снова заняться любовью. Скажет что-нибудь, отчего мое сердце вновь екнет. А он ведет себя так, как всегда.

За дверью ванной слышится звук разговора — Булат уже успел кому-то позвонить.

Вздохнув, я тоже заставляю себя встать и одеться. Даже в душ не иду — только причесываюсь и чищу зубы, то и дело прислушиваясь в малейшему шуму.

На его вопросительный взгляд опускаю глаза и тихо мямлю:

— Ты на кухню? Кофе сварить?

Сама не знаю, откуда взялось это внезапное смущение. Наверное, потому что вместо того, чтобы задавать все эти вопросы, мне хочется к нему прижаться(он как раз сейчас полураздетый), а еще лучше, чтобы он сам прижал меня к себе. Поцелуй сейчас был бы очень уместным.

— Свари. У тебя щека в зубной пасте.

Я машинально прикрываю дефект ладонью и начинаю тереть. Вот я растяпа. Наверное, слишком задумалась.

Мы вместе идем на кухню: я впереди, Булат чуть поодаль. Неопределенность меня сжигает. Этой ночью я пережила самые невероятные мгновения в своей жизни и мне сложно смириться, что все снова станет как раньше.