Два дня

Некоторое время сержант молча попивал свой виски. Потом резко встал с бокалом в руке и устремился к барной стойке. Улыбнувшись барменше, в тусклых глазах которой угадывались мысли об увольнении, Демарко спросил:

– Мы с вами знакомы?

– Не припомню, чтобы я имела удовольствие вас знать, – буркнула барменша.

– Вы приняли меня за копа. Я заметил, как вы шлепнули по плечу мою собеседницу.

– Мне кажется, вы похожи на копа.

– А мне кажется, что мы с вами встречались раньше.

Барменша пожала плечами:

– Если только в прошлой жизни.

– Наверное, когда я работал в отделе нравов.

– Точно.

Демарко допил виски. Барменша достала из барной стойки бутылку и подлила ему в бокал.

– Я здесь не для того, чтобы доставить кому-то неприятности, – сказал сержант.

– Я тоже.

– Мне только хотелось бы получить ответы на несколько вопросов.

Несколько секунд барменша буравила его пристальным взглядом. Потом отвернулась. А еще через секунду снова посмотрела на него.

– Если речь о том профессоре, я вам мало чем могу помочь.

– Какая сообразительность! – похвалил ее Демарко.

Барменша снова пожала плечами:

– Он единственный из наших посетителей фигурировал потом в газетах.

– И?

– Он приходил к нам в клуб. Это все, что я о нем знаю.

– Кроме того, что он – профессор…

– Некоторые гости не умеют врать и выдавать себя за тех, кем не являются на самом деле, – скривилась барменша.

– А о чем еще он вам не соврал?

– Мне? Я не общаюсь с посетителями заведения.

Демарко кивнул и глотнул виски. Сейчас, играя более знакомую роль, он чувствовал себя уже гораздо комфортней. Аромат и тепло, исходившие от Ариэль, ее умелые прикосновения на какое-то время выбили его из колеи, лишили уверенности и увлекли в неопределенность, какой он не знал уже долгое время. Как же легко может мужчина поддаться на уловки искушенной женщины! Как быстро он может потерять голову в таком заманчиво-обманчивом месте.

«Даже такой мужчина, как Томас Хьюстон?» – спросил себя сержант. Хьюстон женился на необыкновенно красивой женщине и, по всеобщему мнению, был вполне себе счастлив в браке. С другой стороны, тринадцать лет супружеской жизни могут сделать мужчину мятущимся. Ищущим. Охочим до неизвестного, только воображаемого. Возможно, даже страшащимся неотвратимого старения и тех потерь, которые оно сулит.