Древнее хобби

В какие только общества и организации не пыталась затащить меня лучшая подруга! Если она сама постоянно хочет против кого-то бороться, кого-то спасать, то это вовсе не значит, что все хотят того же.

– Нет!

– Но почему? Это всех касается! Нельзя равнодушно проходить мимо. Скинхеды – это те же фашисты, только замаскировавшиеся. Если их не остановить, эта зараза расползется по всей планете, а наша планета – это наш общий дом.

– Я бы с удовольствием, но я не могу. Именно сейчас у меня начинается новое дело.

Алина на минуту смолкла, переваривая новость.

– Хорошо. Тогда будешь в числе сочувствующих. Так сказать, группа поддержки. Но будь готова вступить в наши сплоченные ряды. Я тебе дам маечку такую… знаешь, на груди – зачеркнутый фашистский крест и надпись «Скинхедам – нет!». Будешь носить. Еще привезу устав нашей организации и значок. Заеду сегодня после обеда, будь дома.

Нечаева отключилась. Ну вот, новый день – новые проблемы.

* * *Ближе к обеду я все-таки позвонила Ремезовой Гульна́ре, как было указано в записке, на домашний телефон.

– Квартира Ремезовых.

– Гульна́ра? (ударение: первая а).

– Да, я. А вы кто? Простите, я вас не узнаю.

– Да вы меня и не знаете. Ваш телефон мне дал один знакомый вашего мужа. Он очень переживает за Игната и искренне хочет помочь вам.

– Помочь? Чем? Разве нам можно чем-то помочь?! Вы не представляете, в каком мы положении!..

Женщина вдруг так разрыдалась, что я растерялась.

– Гульнара, подождите плакать.

Через полчаса я подходила к пятиэтажному дому на улице Ополченцев. Это был обыкновенный кирпичный дом в обыкновенном старом дворе, квартира на четвертом этаже за железной дверью. Хозяйка открыла практически сразу после моего звонка.

– Заходите. Можете не разуваться…

Она была невысокого роста, милой, симпатичной, только осунувшейся и усталой. Большие карие глаза, длинные каштановые волосы, собранные сзади в хвост.

Мы прошли в комнату, похоже, служившую у хозяев, залом.

– Садитесь сюда, на диван, вам здесь удобно будет.