Древнее хобби

– Э-э, ребята, потом подеретесь, – остановила я бомжей. – Хорошо. Вот вам по две сотке, как договаривались. И еще: было бы неплохо, если бы вы пока потусовались во дворе этих «патриотов». Возможно, вам удастся услышать что-нибудь интересное… А я за такие сведения готова хорошо заплатить…

– Дак мы – всегда!.. Как пионеры!..

– А как вас найти, пионеры?

– Мы сейчас в городском парке по вечерам часто бываем. Там отдыхающие столько бутылок оставляют! Можешь нас там поискать. И вот здесь часто бываем, но это – после парка.

– Понятно. Тогда не прощаюсь.

– Ага, до скорого свиданьица. И за денежки спасибо.

Вечером я показала деду коньяк, прихваченный из дома Светозара.

– Ариш, смотри, настоящий французский коньяк! Я сегодня пробовала.

– Полетт! Ты пила коньяк, а потом садилась за руль?

– Не пила, а только пробовала. Чуть-чуть пригубила. Что скажешь?

– Скажу, что это – подделка, – сказал Ариша, беря в руки бутылочку.

– Почему?

– Во-первых, французы не выпускают коньяк в бутылочках по двести пятьдесят миллилитров, только по пол-литра.

– Значит, «для дураков», да?

– Да, это рассчитано на тех, кто понятия не имеет о настоящем французском коньяке.

– Тот студент, что находится на содержании у мадам Епифанцевой. Уверял, что коньяк настоящий, «из самого города Парижу». Аж по три с половиной штуки за штуку.

– Либо он просто врет, либо сам является жертвой обмана.

Ариша с отвращением отправил бутылочку в мусорное ведро.

– Значит, ты сегодня посетила одинокого студента? И как?

– Цель достигнута: камера на месте и ждет своего часа!

– Значит, теперь ты будешь жить под окнами этого студента, – вздохнул дед.

– Ну, дедуля, это же ненадолго. Скоро мадам заявится к своему Зарчику, я запишу их и тогда снова буду с тобой.

– Тогда ты будешь заниматься чем-то еще, я тебя знаю. Ты хочешь послать запись любовной сцены Епифанцеву?

– Да. Надо же начать выкачивать из него деньги. Да и открыть ему глаза на неверность его супруги.