Драмы больше нет

Например.

Федотов возмущенно глянул на меня, расправил плечи, упрямо выдвинул вперед подбородок.

– Я ни в чем каяться ни перед кем не собираюсь. Я всё делал так, как считал нужным. Это моя жизнь.

– Тогда и расскажи об этом, – посоветовала я. – Своим избирателям. Не надо придумывать истории о том, чего нет.

– То есть, ты продолжишь упрямиться?

Я сделала пару шагов, ближе к нему. Ромку разглядывала. Затем оглянулась за свою спину, на дверь в кухню взглянула, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. И тогда сказала, чуть понизив голос для убедительности, да и для безопасности:

– Рома, я тебя люблю.

– Глупости, – попытался он меня перебить. Но я перебила его.

– Мы всё это уже проходили. И каждый раз мы упираемся в стену. Мы друг друга не понимаем, мы друг друга не слышим.

– А, по-моему, любимая, – с особым выражением начал Федотов, – ты слишком много обо всем этом думаешь.

– То есть, я виновата?

– Нет, я тоже виноват. Но ты бываешь чересчур категорична.

Я отступила. Мне его слова, похожие на осторожное обвинение, не пришлись по вкусу, но как их оспорить, не начав новый конфликт, я не знала. Поэтому и отступила. И даже пообещала:

– Я подумаю над твоими словами.

Ромка хмыкнул, внимательно наблюдая за мной.

– И кто-то ещё обвиняет меня в политиканстве.

– Рома, я хочу поговорить с этой девушкой, – неожиданно для самой себя, решила я.

Федотов нахмурился.

– С какой ещё девушкой?

– С Анной. У которой ребенок.

– Это ещё зачем?

– Потому что никто, кроме меня, этого делать не станет.

– И правильно сделает, между прочим. Она и твоя семья – две стороны конфликта. Не нужно становиться буфером, Насть. Для чего тебе это?

– Хотя бы, для того, что её сын, вполне возможно, спустя годы, окажется на моём месте.

Ромка смотрел на меня снисходительно.

– Ты решила её пожалеть?

– Думаешь, её не стоит пожалеть?

Он вздохнул.

– Я думаю, что ты слишком хорошо думаешь о людях, солнышко. Даже о тех, которых совсем не знаешь.

– То есть, ты с ней знаком? Раз называешь её Аней.

Федотов поморщился в досаде.

– Не лови меня на слове.

– То есть, отец обращался к тебе по поводу нее? И ты вмешался в ситуацию.

Федотов явственно скрипнул зубами. Мои вопросы ему не нравились.

– Я всегда вмешиваюсь в ситуацию, – проговорил он недовольно и нетерпеливо. – Все ситуации, связанные с людьми из этого дома, решаю я. Это часть сделки, если хочешь.