Драфт

И чем больше времени проводила бы с тобой, тем сложнее мне было бы возвращаться к привычной жизни. Я сожалею, что сбежала и не поблагодарила тебя. Ты был добр ко мне и не заслужил моих истерик. Но… мне так было легче.

– Не думал, что ты из тех, кто выбирает легкие пути.

Хлоя тяжело сглатывает.

– В каком отеле ты остановился? – спустя мгновение тихо спрашивает она.

Уголки моих губ дергаются в подобии улыбки.

– Предполагаю, что в том же, что и ты.

Она прикрывает веки.

– Это какой-то бред.

– Или судьба, – широко улыбаюсь я.

– Прощай, Эштон. Надеюсь, на огромной территории отеля мы сможем ни разу не пересечься.

– И хоть говорят, что надежда умирает последней, я бы на твоем месте все же доверял теории вероятности, а не какой-то надежде.

Хлоя закатывает глаза, а затем взбирается на катер и, размахивая руками, направляется к штурвалу. Я усмехаюсь, и широкая улыбка расползается по моему лицу.

Когда катер отчаливает от берега, покачиваясь на кристально чистой воде, я все еще улыбаюсь.

В голове не укладывается.

Знаю, что был неправ, когда специально пытался вывести ее из себя, но меня и в самом деле сильно задело то, что она просто исчезла. Мне не нужно было ее «спасибо», как она решила.

И хоть я не верю ни в Бога, ни в судьбу, то, что мы оказались на Крите в одно и то же время, удивительно. И я сделаю все для того, чтобы на этот раз не дать ей сбежать.

Следующие пару минут я блуждаю по пляжу, разглядывая обломки стоящего на нем корабля, пока наконец рядом не раздается шум гидроцикла.

– Вы, должно быть, Эштон? – интересуется он.

Киваю.

– Добро пожаловать в Грецию. Меня зовут Омир, и я буду вашим гидом по острову. – Он протягивает руку. – Как добрались?

– Спасибо, Омир. Я долетел прекрасно.

– Замечательно. Уже довелось познакомиться с греческой кухней?

– О да. Нам бы в Америку размеры ваших порций.

Омир смеется.