Дотянуться до звёзд

Коннор заслуживал провести свою последнюю ночь перед отправкой на службу так, как ему хочется, вот только он уже порядком нагрузился. Если он еще выпьет, я так и не смогу с ним поговорить или уединиться для вполне конкретной цели.

«С другой стороны, секс на пьяную голову станет гвоздем программы в наших странных отношениях».

– Я в деле.

Гори все синим пламенем. Здесь нет Дрейков, чтобы меня судить. Только напившись, я избавлюсь наконец от этого ужасного чувства тревоги.

– Уверена? – спросил Уэстон, когда перед каждым из нас поставили по рюмке текилы с солью и лимоном.

– Я справлюсь.

Руби подняла стакан и провозгласила:

– За Коннора и Уэстона! За то, что они откликнулись на зов долга!

– Вообще-то, – заметил Уэстон, – Коннор взял телефон и сам лично позвонил долгу – спросить, не нужно ли чего, но твой тост тоже сойдет.

Мы рассмеялись и осушили стаканы. Я поскорее впилась в кусочек лимона, словно от этого зависела моя жизнь, надеясь, что мой желудок не отвергнет эту порцию алкоголя и она не вылезет обратно.

Мы играли в бильярд, смеялись, пили пиво и текилу. Под воздействием выпитого я словно пребывала в невесомости, но ограничилась двумя рюмками и пила очень много воды. Впрочем, пол все равно качался у меня под ногами, я то истерически хихикала, то впадала в болезненную задумчивость и никак не могла остановиться где-то посередине.

Наконец мы с Руби уселись на высокие табуреты и стали смотреть, как Коннор и Уэстон играют.

– Так, мне хватит, – проговорила Руби. Коннор и Уэс между тем сняли свои рубашки, оставшись в джинсах и белых майках. – Господи боже, по-моему, все мужчины должны пройти через тренировочный лагерь, если пребывание там приводит к таким результатам.

Я подняла глаза и сквозь алкогольную дымку увидела Уэстона."

"«О боже, одни только его руки…»

Его стройное тело стало просто совершенным. Глубокий вырез майки частично открывал смуглую грудь, блестящую от капелек пота. Я обвела взглядом совершенную линию его плеч и рук, пока Уэстон, наклонившись над бильярдным столом, прицеливался.

«Это не твой парень».

От этой мысли я почти протрезвела.