Дотянуться до звёзд

Инструктор по строевой подготовке жучил его не меньше остальных, но Коннору было все как с гуся вода. И ребята его любили.

«Другими словами, для него жизнь почти не изменилась».

– Сыграешь с нами? – предложил он, кивая на стол, за которым играли в покер.

– Нет, я собирался написать Ма. – Я покосился на Коннора. – Ты будешь писать Отем?

– Ага, надо бы, – ответил Коннор. – Я скучаю по ней.

– Правда?

Он уставился на меня.

– Разумеется, я скучаю. Вот только писать письма я не мастак. Кстати, ты мог бы написать вместо меня, раз уж ты все равно собрался строчить письма.

«Да, мог бы. Только ради себя самого, а не ради тебя».

Это было неправильно и глупо, но мне нужно было написать Отем. Мне ее не хватало, так что хотелось хоть как-то восполнить ее отсутствие.

– Черкни ей пару строк от моего имени, – сказал Коннор. – Напиши про новости и погоду. Скажи, что я думаю о ней и скучаю без нее. – Он ослепительно улыбнулся и дружески похлопал меня по руке. – Только пиши красиво. В этом же нет ничего плохого, да?

– Ничего плохого, – пробормотал я.

Коннор просиял, еще раз похлопал меня по плечу и вернулся к карточному столу.

– Так, ребята, что я пропустил? Ты жульничаешь, Мендес?"

"Я открыл ящик для хранения личных вещей, достал ручку с тетрадью и улегся на койку. Поскольку электронная почта и мобильные телефоны были под запретом, приходилось обращаться к бумаге и чернилам. Все равно я всегда выполнял все задания именно так, ручкой на бумаге. Поток мыслей и слов становится чернилами и ложится на страницу – тут я чувствовал себя в своей стихии.

«Но это неправильно…»

Мне следовало бы сказать Коннору, чтобы он сам писал Отем письма. В последний раз, когда я говорил с ней по телефону, притворяясь Коннором, несколько месяцев назад, когда она была в Небраске, я чувствовал себя последним подонком из-за того, что обманул ее. Это неправильно и рискованно, но мне так ее недоставало. Отвращение к самому себе померкло перед грызущим меня голодом. Я умирал от желания увидеть Отем.

Общение с Отем помогало мне хотя бы отчасти остаться самим собой. Сейчас мне нужно было уступить своим желаниям, заполнить пустоту внутри безответными чувствами к ней, чтобы позже возненавидеть себя за эту слабость.

«Я влюблен в нее».