Дотянуться до звёзд

 – Ну разве не чудо? Чудесный домик на Юнион-стрит! – Она посмотрела на Пола. – Представляешь, Виктория предлагает мне его посмотреть и сказать, что я думаю. На следующей неделе – это было в прошлый вторник – она отдает мне ключи. Можешь в это поверить, Уэс?

– Нет, – ответил я. – Не могу.

Ма промокнула глаза салфеткой, и Пол деревянным движением обнял ее за плечи, посмотрел на меня и нахмурился еще сильнее.

«Он не одобряет». Сначала эта мысль немного меня успокоила, но горечь взяла верх. «Черт возьми, это не его собачье дело».

– Это было хорошее вложение, – сказал мистер Дрейк. – А если это еще и поможет тебе, тем лучше.

– Это инвестиция в счет нашей благодарности вам, – добавила миссис Дрейк. – Особенно Уэсу, ведь он так хорошо влияет на Коннора.

– Господи, – пробормотал Коннор.

Отем переводила взгляд с Коннора на меня и обратно, на ее лице читалось непонимание.

Миссис Дрейк подняла вилку.

– А теперь, пожалуйста, давайте есть, пока все не остыло."

"Я гонял еду по тарелке, вместо крови по моим венам текло унижение.

Отныне мой долг перед этой семьей вырос еще больше.

Последний тяжкий груз сняли с плеч моей матери и переложили на мои плечи. Теперь я стал совершенно бесполезным и ненавидел себя за это. И больше всего я ненавидел своего отца, из-за которого оказался в таком положении.

После обеда я ускользнул во двор. Куртку надевать не стал – мне в буквальном смысле нужно было остыть. Я вышел на крыльцо, дыхание вырывалось у меня изо рта облачками пара – холодный ноябрь давал о себе знать. Глупо злиться на Дрейков за то, что они помогают моей матери, и все же я чувствовал, что моя злость оправданна.

Я сел на каменную ступеньку, уперся локтями в колени, свесив кисти рук, опустил голову. Я оказался в ловушке между собственной гордостью и счастьем своей матери.

У меня за спиной открылась одна из застекленных дверей, подошла Отем, накинула мне на плечи свой свитер и села рядом

– Ты в порядке?

– Конечно, – ответил я. – Почему я не должен быть в порядке? Дрейки только что купили моей матери клятый дом.

– Знаю. Я понимаю.

– Чувствую себя так, будто меня публично кастрировали.

Она тихо рассмеялась и толкнула меня плечом.

– Пол, кажется, тоже не в восторге, но он спокоен. Он мне нравится.