Доверься мне

К тому моменту, когда Картер подвозит меня к арене на хоккейный матч моих девочек, я уже испытала три оргазма и заслужила завтрак в Макдональдсе. И похлопывание по заднице, когда вылезала из машины.

— Это был Картер Беккет? — шепчет Аланна, когда я встречаю ее у входной двери, глаза в удивлении расширены, она машет руками на щеки, высматривая выезжающий с парковки внедорожник Картера. Он улыбается и машет, и Аланна подпрыгивает, размахивая руками, когда машет в ответ. — Это он, это он, это он! — кричит она отцу, яростно сотрясая его.

Джереми едва сдерживается, чтобы не закатить глаза.

— Это он, это он. Ю-ху.

— Джереми, прошу, держи себя в руках, — оборачиваясь к Аланне, я достаю из сумки подарок и ухмыляюсь. — Это тебе, от Картера.

Она разворачивает маленькую майку. Челюсть отвисает, когда она рассматривает ее.

— Для Аланны. Старайся изо всех сил, следи за бедрами еще внимательнее. Картер Беккет, — она не моргая смотрит на меня. — Боже мой, Боже мой, о мой Бог!

Джереми все еще не впечатлен, но, как ни странно, протягивает мне руку.

Я вскидываю бровь.

— Могу я тебе помочь?

— Где моя?

— Что?

— Моя… моя майка, — он таращится на меня. — Ты… ты не… ты не…

— Расслабься, — говорю я с самодовольной ухмылкой, доставая его майку. У меня голова кружится от предвкушения. Возможно, то, что написал Картер на майке Джереми, продиктовала я.

Пока он читает надпись, он держит майку перед лицом, что отстойно, ведь я не вижу выражения его лица.

— Джереми. Не будь засранцем со своей сестрой.

О, черт возьми.

Когда я сюда входила, я весила меньше, на фунтов пять так точно. Зашла я сюда примерно семь минут назад. Но, как это возможно? С Карой возможно все.

— Нам нужны все эти закуски? — коробка «Milk Duds» почти что выпадает из кармана моего пальто, я ударяю себя локтем по бедру, пытаясь запихнуть ее обратно, и продолжаю ковылять по нашему ряду.

— Что за глупый вопрос? — ворчит Кара. — Да, Оливия, нам нужны все эти закуски. Не порти мне жизнь."

"Честно говоря, я понятия не имею, как это все помещается в Каре. Она невероятная сладкоежка, но она одна из тех худых от природы женщин, которых все обычно проклинают.