Доверься мне

Ведь я понимаю, эти слезы означают, что Оливия действительно заботится обо мне, что мысль о том, что мы снова пойдем разными путями, для нее так же болезненна, как и для меня.

Но по большей части я ненавижу эти слезы. Я не хочу быть темным облаком, которое нависает над ней. Я хочу быть светом, который освещает тьму и уменьшает все ее страхи.

— Не плачь, красавица.

— Прости, — она задыхается, проводит рукой по щекам, отворачивая лицо.

— Эй, — подцепив пальцем ее подбородок, я поворачиваю ее лицо к себе.

Ее слезный взгляд меняется на слове из пяти букв, что непреднамеренно вылетает из моего рта, и моя грудь как кулак сжимается. Я смущен и лишь привыкаю к слову из пяти букв, которые появились из ниоткуда, но так легко обосновались во мне и вокруг, чего я никак не ожидал.

— Я не знаю, как просить о помощи, — признается Оливия. — Я притворялась, что все в порядке, пыталась быть идеальной для тебя, потому что ты так идеален со мной, а если у меня не выходит, если некоторые вещи все еще пугают меня… — она зажмуривает глаза. — Зачем тебе оставаться, если это так тяжело?

— Прошла одна неделя, Оливия. Твои страхи не исчезнут в одно мгновенье. Теперь я понимаю, что так не бывает.

С уверенностью заявлю, что быть к себе нежнее — это совсем не то, что она привыкла делать.

— Я боюсь, Картер. Мне страшно, что я твой пробный вариант. Ты всю свою карьеру в НХЛ делал совсем другое, и я должна поверить в то, что я — женщина, которая появилась из ниоткуда и из-за которой ты вдруг захотел того, чего ты никогда не хотел раньше? — она мотает головой.