Гримуар темного лорда IV (СИ)

На изучение ритуала у меня уйдёт слишком много времени».

Я шёл чуть позади Баринова, но судя по направлению, в котором мы двигались, были почти на месте. Двухэтажное помещение, рядом с которым сновал медперсонал в белых халатах, завидев нас разворачивался в обратном направлении."

"— «Хорошо, я помогу, — наконец-то ответила Селеста. — Взамен ты три месяца будешь заниматься так, будто от этого зависит твоя жизнь и жизни твоих близких. Каждую свободную минуту ты будешь работать над своим контролем, заниматься спортом.

— «Да». — ответил я. Если разобраться, требования, что выдвинула Селеста, больше всего шли на пользу мне.

Когда мы вошли в палату, я тут же увидел плачущих над телом Наталью и её мать, сильно постаревшую с последней нашей встречи. Рядом с кроватью, на которой лежал Иван, стояло множество мониторов. Я и половины не понимал из того, что они показывали.

Баринов тут же присел рядом с другом и сжал его ладонь. Иван же находился без сознания и никак не реагировал на происходившее вокруг.

— Гносис — лой гносис, — прошептал я.

Плохо, очень плохо, все его органы, кроме сердца и мозга, начали отказывать. Одна почка функционировала всего на тридцать процентов, а вторая на пять. Печень, вместо очистки организма, наоборот травила его токсинами. Судя по всему, Иван жив только благодаря подпитке целительской энергией.

Я сделал жест рукой, словно пролистал страницу, и стал вчитываться что показала магическая диагностика.

К сожалению, тиранская медицина не знала такого вида проклятий. Наверняка ритуал лорда Гравера дал бы более подробную информацию, но у меня на это не было времени. Время шло на минуты. Поэтому я стал изучать уже имеющуюся информацию.

Первое, что бросилось в глаза, что энергоканалы, ведущие к рукам и ногам, были почти разрушены. Причём чёрным цветом горели области соприкосновения проводов, ведущих к целительским артефактам.

— Лой гносис, — прошептал я, проверяя артефакт.

— «Отсоедини трубки целительского артефакта, — услышал я голос Селесты. — Ты же видишь, они убивают его».

— «Но они же помогают биться его сердцу и защищают от токсинов мозг».

— «Делай, что я говорю», — тяжело вздохнула она.

— Стас, нам надо поговорить.

Он поднял на меня вопросительный взгляд.

— Граф, — обратилась ко мне мать Натальи, Елена.