Дороти должна умереть

 — Слышала когда-нибудь это выражение, Астрид?

— Нет, сэр, — покачала я головой.

— Ах, еще услышишь, моя дорогая. Еще услышишь.

Что, черт побери, он имеет в виду? Но прежде чем я успела что-либо спросить, Волшебник поправил свой цилиндр и ушел. Пока я возвращалась к себе в комнату, сердце бешено колотилось. Что Волшебник пытался мне сказать? У него есть догадки по поводу того, кто я и что здесь делаю? Это похоже на попытку сложить пазл в пять тысяч кусочков без опорной картинки на коробке.

Озма. Волшебник. Дворец полон невероятных чудаков, которых я никак не могу понять.

30

Я отскочила, ахнув от неожиданности. Все эти дни я задумывалась над тем, а существует ли Пит вообще, и вот он как ни в чем не бывало сидит у меня на кровати — словно так всегда и было. Пришлось напомнить себе, что кровать-то не моя, а Астрид. То есть пришел он к ней, не ко мне. Но почему? Хотелось просто кинуться к Питу и крепко его обнять, сказать ему: «Это я, Эми, я в порядке».

Закрыв за собой дверь — а вдруг кто-нибудь будет проходить мимо? — я попыталась собраться с мыслями.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я максимально уклончивым тоном. Не хочу показаться чересчур удивленной этим визитом. Все же я понятия не имею, почему он пришел в комнату Астрид.

Меня поразила мысль: а что, если они встречаются? Вот неудобно-то получится. Пит поднялся с кровати. Лицо его озарила широкая улыбка, и, шагнув ближе, парень крепко-крепко прижал меня к себе сильными руками. Я не обняла его в ответ, но и не стала сопротивляться.

— Ты справилась! — воскликнул он, голос звучал сдавленно. — Ты здесь.

Каждая мышца тела сжалась от напряжения. Я высвободилась из объятий Пита и отстранилась.

— Конечно, здесь. Это же моя комната.

— Я пришел так быстро, как только смог. Порой мне сложно бывает ненадолго ускользнуть.

Не представляю, что за игру затеял Пит. Да, он был добр ко мне. Да, я считала его своим другом. Но в то же время все ответы парня удивительно уклончивы, и я до сих пор не знаю, кто он на самом деле. Не знаю, можно ли ему доверять, особенно принимая во внимание все, что я услышала в Ордене. И как бы я ни хотела этого, но понимала, что нельзя. В этом месте во всем таится угроза.