Дорогая, я не изменю(сь)

– Чего ты добиваешься, Полина? Я ведь правда не поджигал дом, я…"

"– Да-да, – иронично изогнула бровь я. – Не поил меня вином, не подносил к накидке кресла зажигалку, не приносил пустое ведро в комнату, не держал дверь, не снимал ручку с окна, не ставил свечу на тумбочку. Дальше рассказать?

Брови Степанова поползли на лоб. Я продолжила:

– Расскажу. Я сегодня добрая. Не изменял мне с секретаршей, она не забеременела от тебя. Ты не разработал план: избавиться от меня и зажить со своей Любовью на всем готовом. Это все не ты… Это случилось само собой, так?

Я поджала губы, гордо вздернула подбородок.

– Я любила тебя, Степанов. Грезила иметь от тебя детей, мечтала о большой счастливой семье, быть вместе до седых волос. А ты оказался меркантильной сволочью, способной убить ради денег и власти.

Голос стал хриплым, глаза предательски зажгли слезы.

– Ну как, понравилось быть хозяином жизни? Падать будет больно. О-очень больно, Гера. Хочешь, карабкайся, доказывай свою невиновность. А хочешь, последуй моему совету: не включай заднюю.

– Хочешь взять меня на понт? – усмехнулся он. – Да ты… Да ты даже машину с третьего раза заводишь, в пробки выехать боишься, а тут решила взять меня на слабо? Не смеши, Полина. У тебя все равно ничего не выгорит.

– Скажи это Волкову.

Герман резко изменился в лице, желваки на скулах ожили.

– Ты ездила к Волкову?

– Нет. Это ты к нему ездил сознаться, что убил любимую жену.

– Да? И что, даже видели, как я входил внутрь? – усмехнулся Гера. – Поля, выключай детектива. Это не твое, дорогая.

– Все бы ничего, но… Здание новое, там еще не успели установить все камеры. А вот на въезде ты попался.

Он откинулся на спинку кресла, скрестив на груди руки. Явно что-то обдумывает. Промелькнула улыбка на его лице. Видимо, придумал.

– Тогда что же Волков не задержал меня? Ведь я такой опа-а-сный преступник.

– Человеческий фактор. Ты обратился не в дежурную часть, где обязаны фиксировать все обращения, а к Волкову – твоему хорошему знакомому. Он отпустил тебя до выяснения обстоятельств. Но ты не переживай так, уже сегодня тебя посадят. Тем более у него на столе есть и мое заявление.

«Ну что, нечем крыть?» – глядя на него, приподняла бровь.

– Заявления, значит… – с усмешкой бросил он. – Я докажу, что ничего не писал.